Таёжник. Игорь Миник
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Таёжник - Игорь Миник страница
![Таёжник - Игорь Миник Таёжник - Игорь Миник](/cover_pre1341937.jpg)
В этот раз, хоть дождь и не был причиной наводнения, были четыре человека, искренне ненавидящие его. Затерянные в глухом уголке Восточной Сибири, в старых брезентовых палатках, эти четверо за три предыдущих дня успели изменить своё отношение к дождю самым коренным образом.
Троим из них было по восемнадцать лет от роду и были они студентами лесохозяйственного среднего учебного заведения, которым на свою преддипломную практику повезло попасть в лесоустроительную экспедицию, по причине повышенного юношеского романтизма и желания как можно скорее увидеть давно воспетое “зелёное море тайги”. Четвёртый же – Владимир Соболев, будучи таким же практикантом-романтиком, только из лесохозяйственной академии, был старше них всего лет на пять и являлся их начальником.
Уже более двух с половиной месяцев бродили они вдоль Ангары, спиливая в разных её местах по тридцать заветных деревьев, с последующим их тщательным осмотром и наиподробнейшим описанием. За это время романтические представления о таёжной палаточной жизни сменились настоящей действительностью, в которой хвалёное “зелёное море тайги” безвозвратно уступило место проплешинам из искорёженных лесосек, а жизненный интерес значительно сместился в сторону зарплатной ведомости. Парни считали себя опытными таёжниками, уподобляясь в этом молодым водителям, начинающим лихачить после нескольких месяцев вождения, именно по этой причине попадающим в аварии чаще других.
В этот раз им повезло в том, что Соболев выбрал для лагеря место у старой полуразрушенной избушки со следами пожара. Частично сохранившаяся половина крыши служила хоть какой-то защитой, когда насквозь промокшие тенты перестали выполнять хоть какую-то защитную функцию к обеду второго дня и, несмотря на проливной дождь, продукты и имущество было перенесено под её убогую защиту.
После потери тентов, туго натянутые палатки тоже стали поникать, и к концу второго дня начались протечки. Первые капли, попадающие во внутрь палатки, вызывали весёлый смех и ребята даже стали играть в своеобразную игру-загадку “на кого упадёт следующая”, но протечек становилось всё больше, капельки начали превращаться в ручейки, и парни поняли, что “весёлая игра” может иметь весьма неприятные последствия. Поздним вечером оказалось, что их ватные спальники тоже весьма неплохо впитывают воду, после чего спать в них совершенно невозможно. Попытка спать на хвойных ветках без спальника тоже не увенчалась особым успехом и вторую половину ночи парни были заняты тем, что безуспешно пытались просушивать на костре хотя-бы что-то. Занятие это было более чем бесполезным, так как тепло огня просушивало одну сторону, а дождь в это время мочил другую, но это было хоть какое-то занятие.
Именно эта бесполезность была самым главным раздражителем, который гораздо сильнее влаги пробирал до самого основания, постепенно и неуклонно наполняя все клетки человеческого тела ненавистью к дождю. Не вода была им страшна. За два с половиной месяца жизни в тайге, в палатках, приучившиеся всё своё имущество переносить на себе, вынужденные свято соблюдать режим светового дня и ежедневную физическую работу, молодые люди пришли в самое наилучшее своё состояние. Несколько исхудавшие, лёгкие на подъём и в движении, с загорелыми и слегка обветренными лицами, дышащие молодостью и здоровьем, они не боялись никаких трудностей. Ни голод, ни холод, никакая тяжелая работа, да и вообще – никакой чёрт на свете не мог испугать их. Тем более не могли испугать какие-то капли воды, льющиеся с неба! Их угнетала бесполезность существования! Уже три дня они сидели тут посреди тайги без дела, будто запертые дождём в тюремную камеру, все больше раздражаясь друг на друга, как бывают вынуждены раздражаться друг-другом всякие невольники, лишённые возможности свободного передвижения.
Утром четвёртого дня стали заметны первые признаки скорого окончания дождя. Капли становились всё меньше, летели несколько реже, и у невольных затворников стали появляться некоторые надежды на возможность нормального сухого существования. К обеду, когда сквозь облака стали пробиваться первые несмелые лучики солнца, лица лесоустроителей совсем просветлели и они с новыми силами принялись суетиться вокруг костра с очередными потугами высушить промокшее.
– Здорово, таёжники! – раздался вдруг откуда ни возьмись неизвестный ранее голос. Приятный баритон с лёгким бархатистым тембром, напрочь отметал какие-либо опасения, невольно располагая слушателя, несмотря на внезапность своего звучания. Из зарослей густого подроста вышел человек лет сорока – сорока пяти, в добротном непромокаемом дождевике, на правом