Коробейник в бескозырке. Фёдор Михайлович Ротко
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Коробейник в бескозырке - Фёдор Михайлович Ротко страница
![Коробейник в бескозырке - Фёдор Михайлович Ротко Коробейник в бескозырке - Фёдор Михайлович Ротко](/cover_pre1391050.jpg)
В общем, сидим с братцем вдвоём, беседуем. Наши умствования постепенно сползли на историю бизнеса в России. И тут Коля упомянул Советский союз. Я же этой шутки не оценил от слова совсем – какой там мог быть бизнес, если «партия – наш рулевой!». Такая жаркая полемика у нас началась, что ещё чуть-чуть и в ход могли бы пойти табуретки. Мы так кричали, что соседи деликатно постучали по батарее. Не остался в стороне и наш дядя Платон.
– Эй, молодёжь! Что за шум, а драки нету? – дверь открылась, и мы увидели заспанного Платона Игоревича, явно недовольного отсутствием драки, – Значит, говорите, не было в СССР настоящего бизнеса? – тут наш дядя лукаво усмехнулся – А, ну-ка, присядьте…
Увидев в глазах былого моряка огонёк азарта, мы с Колей мгновенно остыли и дружно уселись. Дядюшка нерасторопно засыпал табачку в свою трубку. Африканскую, из слоновой кости. Мы зачарованно следили за каждым его движением, отчаянно боясь спугнуть витающее в воздухе настроение, пока он шёл к окну.
– В те времена, когда я был чуть старше вас, в Европе стали популярны восточные диковинки. Чего так вдруг – не знаю. Наверное, как Битлы съездили в Индию и записали Белый альбом под ихнюю индийскую балалайку – тут и понеслась мода на йогу и прочие медитации. Ну и, конечно, на всякие восточные финтифлюшки – статуэтки там, коврики. Я это в своей безденежной молодости отлично понял, когда в увольнениях по их западным магазинам ходил. Прикиньте, тогда в любом немецком маркете расписная фарфоровая ваза стояла себе на полке, с ценничком, в ихних гульденах этак долларов на сто, примерно. Видели ли мы тогда где-нибудь такую сумму?! Ведь по тем временам, доллар-то был другой – в тех магазинах ничего дороже десятки и не было! А я, будучи в Голландии, прогуливался по ароматному кварталу. Это там, где всякие хипстеры, по тогдашнему – хиппи, слетевшиеся со всего мира на запах, тусуются. И как-то раз наткнулся на хиленький китайский веер – что там: тряпка да палки – но за тридцатку… Или, скажем, чашечка из «бумажного фарфора». Казалось, ты только на неё дунь, она и покатится. А если взглянуть сквозь неё на свет, то можно увидеть лик прекрасной японки! Красотища. Я бы показал, да сестричка ваша, играя с куклами своими, напрочь её разбила. Не уследил я.
Тут он покаянно развёл руками и вновь занялся своей драгоценной трубкой. Красивые колечки выплывали у него изо рта одно за другим. Сколько раз тётя просила его не курить дома, а ему хоть бы что. Привычка, говорит.
Почему-то вдруг стало невыразимо жалко хрупкую чашечку из полупрозрачного фарфора, бездумно разбитую сестрицей. Ведь дядя умудрился бережно провезти её через столько морей, дорожа и любуясь ею… К тому же, представьте разочарование мастера, который искренне старался, сосредоточено вырисовывая ту самую прекрасную японку, когда бы он узнал, что сталось с его творением. А может просто улыбнулся бы и философски произнёс: «Let it be» или что у них там, в Китае, положено сказать?
– Ну, великие маркетологи, на Востоке такие безделушки сколько, по-вашему, стоили? – дядя Платон прервал мои философские размышления.
Я замялся, а Коля, недолго думая, сразу выстрелил ответ. Всё-таки он-то у нас на красный диплом идёт, ему положено.
– Ну точно не меньше двадцати пяти долларов! А что-то, вообще, за сто или там двести можно взять.
Мореход улыбнулся и бодро уселся на диван.
– Верно! Почти. Один только веер я покупал всего за 5 долларов, – мы немного зависли от такого неожиданного расклада. – И таких сувенирчиков там пруд пруди. А в Европе-то это уже раритет. – моряк задорно подмигнул. – Ну, вы уже поняли, к чему я клоню?
Оставалось только, сглотнув, кивнуть ему в ответ. Мы тут же почувствовали выгоду от этого предприятия и с нетерпением ожидали, когда моряк продолжит рассказ.
– А мы, тогда, как раз, из Вьетнама шли в Бельгию, заранее зная, что долларов азиаты не принимают. Зато мылу советскому хозяйственному всегда рады. «Накупил» я тогда за это мыло разных фигурок, фаянсовых тарелочек и чашечек с драконами. Приходим мы в Бельгию, а я там впервой и понятия не имею, кому это добро можно продать. Люди загадочные, хорошо хоть некоторые по-английски разговаривают. Сдуру, предложил купить весь товар портовым рабочим, а им оно надо? Мужики и без драконов живут припеваючи. Огорчённо пошёл вглубь города и наткнулся на антикварный магазинчик. Ну, думаю, надо испытать удачу! Внутри разных безделушек оказалось мерено-немерено: медали, чайники, ручки… Но, главное, целый отдел восточных поделок с космическими, по моим понятиям, ценами. Я быстро нашёл продавца и стал объяснять ему свой бизнес-план. Бельгиец покивал, оставалось уладить мелочи: осмотр товара, его погрузка-выгрузка