Великая Французская революция. Пётр Кропоткин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Великая Французская революция - Пётр Кропоткин страница
![Великая Французская революция - Пётр Кропоткин Великая Французская революция - Пётр Кропоткин Весь мир](/cover_pre1208151.jpg)
Пётр Кропоткин
После Пажеского корпуса он не искал службы в столице. Напротив, он напросился в Восточную Сибирь, в Амурское казачье войско. Это означало постоянные экспедиции по неизученным краям, в которых Кропоткин проявил себя незаурядным географом.
Он путешествовал по Байкалу, Амуру, Сунгари, Лене и Шилке, пересек десятки горных хребтов, дополняя карту России новыми сведениями. Кропоткин оказался не менее упорным и талантливым путешественником, чем, например, Николай Пржевальский. Он вел рекогносцировку ранее неизвестных территорий в Забайкалье, многим горным грядам России и Манчжурии дал названия – например, Патомскому нагорью. Нашел ледники, по которым определил, что в прошлом Сибирь покрывал вечный лед. Кстати, самому термину «вечная мерзлота» мы обязаны именно Кропоткину. Его приняли в Императорское географическое общество, избрали секретарем Отделения физической географии. В Петербурге Кропоткин готовил экспедицию в Северный Ледовитый океан, где надеялся найти архипелаг на месте еще неизвестной Земли Франца Иосифа, существование которой он предвидел. Немало шуму наделали его научные доклады о ледниковой эпохе. Но в то время его уже чрезвычайно увлекала и политика. Он призывал к неподчинению властям, надеялся на всеобщий порыв к свободе.
В марте 1874 года Кропоткина арестовали – за пропаганду среди крестьян и рабочих, за связи с социалистическим кружком Николая Чайковского. Ему позволили и в Петропавловской крепости заниматься географией и даже читать лекции. Но срок ему грозил долгий. Помогло тяжелое заболевание – цинга. Кропоткина перевели в арестантское отделение военного госпиталя, и оттуда он бежал.
«Разыскать во что бы то ни стало», – таков был приказ императора Александра II. Но куда там! Некоторое время он скрывался в Санкт-Петербурге, даже ужинал в дорогих ресторанах, где, как считалось, беглеца точно не станут искать. А потом друзья переправили его за границу – через Финляндию в Норвегию, а оттуда – в английский порт Гулль. Он, в совершенстве владея французским, агитировал среди швейцарских часовщиков и лионских ткачей, три года провел во французской тюрьме. Он славился как отличный оратор и полемист и самый добродушный человек среди русских революционеров. Жил в Англии, во Франции, в Швейцарии, участвовал в демонстрациях и диспутах. Там он писал свои знаменитые статьи по анархизму, по географии и истории. Замечательные мемуары – «Записки революционера» и фундаментальное исследование о Великой французской революции.
На Родину он сумел вернуться только после падения царского режима. И встречали его как героя – с почетным караулом, с букетами и маршами. Тысячи людей в этот солнечный день (по старому календарю – 30 мая 1917 года) хлынули к Финляндскому вокзалу, чтобы поприветствовать вождя мирового анархизма. Встречали его и представители Временного правительства. От Кропоткина ждали, что он сыграет важную роль в становлении свободной России. Он действительно призывал строить новые формы жизни. Но от любых постов отказывался.
Кропоткин отклонил предложение Керенского войти в правительство. Он не желал властвовать, ограничивая свою и народную свободу. Но он отказался и от предложения братьев-анархистов, которые надеялись, что он возглавит новую революцию – против любого насилия.
Узнав о стремлении украинцев к самостийности, Кропоткин, по линии матери – потомок малороссийских воинских командиров – написал им увещевательное письмо, смысл которого можно передать одной фразой: «Братья, не рвите вековой связи!» Правда, он так и не дал ход этому воззванию…
Когда к власти пришли большевики – Кропоткин не стал протестовать. Ему нравилась работа Владимира Ленина «Государство и революция». Но после Гражданской войны он разочаровался в политической реальности, хотя, по незлобивой натуре, отрицал всякую кропоборьбу с новыми властями: «Мы переживаем революцию, которая пошла вовсе не по тому пути, который мы ей готовили, но не успели достаточно подготовить. Что же делать теперь? Мешать революции – нелепо! Поздно. Революция будет идти своим путем, в сторону наименьшего сопротивления, не обращая ни малейшего внимания на наши усилия».