«треугольнике ненависти». Встав из-за стола он лениво пошагал к окну. Картина за окном была привычной. Лежащий в грязи человек, который толи мертв, толи жутко пьян, женщины предлагающие испробовать свое дебелое тело и пьяница пытающийся одновременно устоять на ногах и приставать к ним. Городок был невероятно угрюм и мрачен, серые, покосившиеся, обветшалые дома возведенные из насквозь изъевших досок друг на друге выглядели крайне бедно и убого и не редко обваливались, хороня под собой своих обитателей. От вони дремучих, грязных улиц было невозможно скрыться. Разврат, ровно как и дебош были обычным явлением для городка. Шум изводимый пьяницами и стонами уродливых куртизанок практически никогда не умолкали. А злобные и хмурые улицы городка были переполнены бродячими собаками, что нередко лакомились человеческими трупами, которые убирались лишь когда их зловоние перебивало вонь многочисленных свинарников прямо посреди центра. Городок был раскинут на небольшом холме, а дом Глорина, который больше походил на неприступную крепость возвышался на самой его верхушке. Все дороги селения вели к его каменной твердыне. Опоясанный ветхими хибарами из древа она удачно выделялась на их фоне. Замок был усеян цветами, расставленных с целью перебить зловоние городка. А дороги, что к нему стекались изобиловали большим числом висельников, что находились вдоль них. Никто их них не был лишен жизни за кражу, убийство или надругательство, все эти преступления являлись сущим пустяком в этом злачном городке. Пойманное на них жулье легко откупалась от людей Глорина парой монет. Все эти умерщвленные бедолаги были заподозрены в шпионаже. Однако вина ни одного из них не была доказана, этого и требовалось, достаточно было доли сомнения, что бы потерять жизнь в этом темном месте полной подлости и коварства.
В зал вошел Галин, правая рука Глорина – они прибыли в город – радостно сообщил он.
В хутор вела одна единственная дорога, которая надежно сторожилась наемниками. Однако, знающие местность и тайные, забытые тропы поселяне могли беспрепятственно покидать и возвращаться в городок, когда им заблагорассудится из-за отсутствия каких либо стен.
– Подать угощения – приказал Глорин.
Прислуга вышла из зала передать повеление господина на кухню.
Стол начал наполняться изысканными блюдами, что издавали манящие запахи. Голодные, изможденные прислуги жадно представляя как урвут кусок сочной свинины после встречи.
– Заменить ту рабыню на более пригожую – повелел Глорино перечеркнув весь ее замысел на грядущий вечер.
Невольница тихо пошагала в сторону двери.
– Подожди – обратился к ней Галин перегородив ей путь. Грубо вцепившись в подбородок он начал внимательно рассматривать ее – после встречи передать ее нашим гостям в качестве подарка – приказал он – такой уродке место на судне, средь грязных пиратов.
Глаза рабыни в миг намокли, старшая прислуга за руку увела ее вон. Стоявшая в противоположенном углу