Очерки русского благочестия. Строители духа на родине и чужбине. Николай Давидович Жевахов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Очерки русского благочестия. Строители духа на родине и чужбине - Николай Давидович Жевахов страница 1
![Очерки русского благочестия. Строители духа на родине и чужбине - Николай Давидович Жевахов Очерки русского благочестия. Строители духа на родине и чужбине - Николай Давидович Жевахов Италия – Россия](/cover_pre1309660.jpg)
Бари, 1921 г.[1]
I. К святым местам и святыням
На родине Преподобного Сергия[2]
Кто не знает знаменитой картины М. Нестерова – видение отрока Варфоломея?
Эта картина изображает тот момент детства преподобного Сергия Радонежского, когда он, в ответ на свою мольбу даровать ему разумение грамоты, увидел пред собою старца в иноческом одеянии, давшего ему частицу просфоры, вкусив которую отрок почувствовал себя одаренным чудными дарами благодати Божией и небесным разумением.
Чем-то удивительно чистым, прозрачным, святым веет от этой замечательной картины. Это даже не картина в обыденном значении этого слова, а откровение истины, пред которым склоняется смущенная мысль, подавленная сознанием своего падения и греха. С внешней стороны картина ничем не поражает и, если бы ее писал не Нестеров, то могла бы остаться даже незамеченною. Но ее мысль необъятна по содержанию, и эта мысль передана гениально. Отражение этой мысли очевидно до мелочей, и, если не всякий поймет картину, то всякий почувствует всю силу ее необыкновенной красоты и правдивости.
Тяжело давалась отроку Варфоломею грамота.
Насмешки товарищей и сверстников, плохо скрываемое огорчение родителей, личное горе, тем более глубокое, что никому не видное – всё это угнетало ребенка. Никто не видел его скрытых слез, когда, утратив всякую надежду сравняться в успехах с товарищами, Варфоломей прятался от них и не знал, куда идти и где искать себе места. Никто не догадывался о тех страданиях детской души его, когда, глядя на скорби родителей, он чувствовал себя причиною этих скорбей и не знал, как их прекратить и что делать, чтобы они не повторялись больше. И его детская мысль разрывалась, страдала, искала ответов на эти вопросы, и только молитва к Богу успокаивала и радовала его. Но молитва для него не была только средством успокоения, а была живым действующим средством общения с Богом. Мудрые родители с раннего детства приучили его так смотреть на молитву, и потому отрок никогда не чувствовал себя одиноким, как бы болезненны ни были его душевные переживания.
Сколько мудрости в таком наставлении!
Наша молитва часто мертва, бездейственна. Но не потому ли, что для нас она лишь последнее средство успокоения нервов, к коему мы прибегаем, после того как исчерпали все предыдущие средства и ни одно не помогло. Повторяя без участия внимания и сознания заученные слова молитв на разные случаи, мы даже не догадываемся о том, что эти слова выражали некогда конкретные желания и просьбы составителей этих молитв к Богу; мы далеки от мысли выражать Богу свои желания, высказывать Ему свои ощущения, делиться с Ним своим горем, или просить помощи и сил, чтобы перенести его без ропота, словом, поступать так, как поступают все, кто видит в Боге не отвлеченную идею, а наиболее к себе близкого и любящего друга…
Упав на колени, отрок стал молиться.
Казалось, всё вокруг него молилось вместе с ним. Покрытые росой качались колокольчики на тоненьких стеблях, играло солнце, славя Бога, березки, нежные и стройные, смиренно трепетали…
«Причти меня к избранному Твоему стаду и избавь от всякого греха; пусть не прельщаюсь я удовольствиями мира сего, а будешь моим одним помыслом Ты, Господи», – молился отрок. Он кончил молитву… Его губы уже перестали шептать слова любви и веры его к Богу и, устремив пристальный взор вперед, глазами полными слез, отрок смотрел… Пред ним стоял глубокий старец в одежде схимника. Видение не смутило ребенка. Его горячая, полная детской веры молитва подготовила его к встрече с небожителем… И бедное дитя поведало ему свое детское горе. Старец, ниспосланный Богом, исполнил просьбу Варфоломея, ставшего впоследствии величайшим из русских людей, преподобным Сергием, радонежским Чудотворцем.
Эта встреча небесного старца с неземным отроком и изображена на картине.
Сколько раз, глядя на эту картину, я испытывал гнетущее чувство невыразимой скорби от сознания того, насколько далеко мы ушли от той чистоты и правды Божией, какая, в образе отрока Варфоломея, влечет нас к себе и заставляет нас идти к ней, даже против нашей воли. В этот момент забывается и рисунок картины и то, что такое видение действительно было 600 лет тому назад, близ г. Ростова Великого, Ярославской губернии, на берегу небольшой реки Ишни, забывается, словом, всё внешнее выражение идеи картины, и в лице дивного отрока Варфоломея предстает пред нами, во всей своей красе, всё величие чистоты образа Божия, нами отвергнутого, заброшенного и поруганного.
1
Из предисловия к: Воспоминания товарища Обер-прокурора Святейшего Синода князя Н. Д. Жевахова. Т. 1. Сентябрь 1915 г. – март 1917 г. Мюнхен, 1923.
2
«Христианин» (Сергиев Посад). 1908. Т. 3 (сентябрь-декабрь). С. 25–31.