Ремонт крыш и крыльев. Психологический стендап о том, как починить себя. Светлана Патрушева
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Ремонт крыш и крыльев. Психологический стендап о том, как починить себя - Светлана Патрушева страница 4
![Ремонт крыш и крыльев. Психологический стендап о том, как починить себя - Светлана Патрушева Ремонт крыш и крыльев. Психологический стендап о том, как починить себя - Светлана Патрушева Хиты саморазвития](/cover_pre1321540.jpg)
Во время терапии с другим клиентом мы прорабатывали тревожность и иррациональный страх быть убитой. С помощью телесных ощущений и эмоций мы двигались от настоящего момента к детскому возрасту и дальше до зачатия. Я задавала вопросы о том, какие образы и ощущения приходят по мере углубления в прошлое. Когда мы дошли до перинатального периода, клиента охватил ужас, и она почувствовала спазм диафрагмы. Поскольку с мамой у нее были хорошие отношения, удалось выяснить, не было ли угрозы прерывания беременности или мыслей о прерывании. Мама клиента рассказала, что однажды она рассердилась на отца ребенка и сказала в сердцах, что ребенка не будет.
Всякое бывает. В том числе, импульсивные эмоции и решения, которые никто не собирался осуществлять. Но для живых клеток ребенка эта среда стала агрессивной и запустила сценарий травмы. «Мама меня убьет» – это заклинание мы и отменяли на сеансах. Во время терапии наступило расслабление, и многолетний стресс и страх смерти отпустили девушку. Поскольку «мир» перестал угрожать, у клиента получилось изменить стиль общения с людьми с опасающегося и враждебного на дружеский, а также отменить режим выживания. Отношения с мамой тоже стали гораздо лучше, когда расслабился этот «узел травмы». Работая со своим прошлым, мы можем многое поменять и в своем будущем, это ли не здорово?
Как еще узнать «поломку»? Вот пример уже не телесного взаимодействия, а вербального, которое тоже способно вгонять людей в стресс. Мой клиент Ольга с самого детства знала, что с ней что-то не так. Бесило все: высокий рост – Оля стояла между мальчиков на физкультуре, чем вызывала много насмешек, прыщики – в попытке от них избавиться лицо было неизменно расцарапано. Мама обсуждала Олю с подругами в ее присутствии и отсутствии. «Как думаете, это у нее пройдет или так и останется?» – так она говорила про Олин характер, прыщи и осанку. А девочке хотелось спрятаться. И она нашла способ – отрастила челку, начала сутулиться и опускать голову.
Угадайте, сколько раз в день Ольга слышала «убери челку», «не сутулься», «в кого ты такая» и «переоденься во что-нибудь нормальное»? А если учитывать, что это длилось много лет? Видеть такое развитие событий Ольге не слишком хотелось, и у нее появилась близорукость. Пришлось носить очки. Так она себе еще больше не нравилась и вдобавок получала новую порцию агрессивного оценивания – процесс запускался по кругу.
Это большая проблема, когда родитель решает, что ребенок не в порядке, и начинает критиковать его из желания что-то изменить или улучшить.
Какие они, травмированные взрослые?
«Ты зачем это надела», «такую растяпу никто замуж не возьмет», «перестань кривляться», «руки-крюки», «мальчики не плачут», «девочки так себя не ведут», «ты что, жадина?», «неряха, когда ты наконец начнешь убирать за собой?», «лентяй»… Родители адресуют детям нескончаемое количество убивающей критики. Со временем эти фразы