Врата чудовищ. Дара Богинска
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Врата чудовищ - Дара Богинска страница 25
![Врата чудовищ - Дара Богинска Врата чудовищ - Дара Богинска Тёмное фэнтези Young Adult](/cover_pre1328140.jpg)
Все мы знаем историю о мальчике Ронни, герое сказок, что был способен криком оглушить великана. Немногие знают, что Рональд, исторический прототип героя сказки, однажды завопил во время ссоры и убил свою жену. К тому времени ему было пятьдесят лет и ни до, ни после этого никаких более талантов он не проявлял.
Известные всем нам малефики могут то, на что не был способен Рональд – контролировать себя. Они проходят обучение и сражаются на стороне людей до тех пор, пока рассудок не покинет их. Известно, что немногие малефики доживают до двадцати пяти лет, более сорока процентов умирают либо своей смертью, либо от мечей своих стражей.
Более сильные экземпляры имеют уникальные дары, что, как я считаю, зависит от особенностей мутаций и/или черт личности. Увы, многие из них были убиты во время глупой войны с Шором. Сейчас количество таких малефиков можно исчислить дюжиной. Очевидно, они более живучи.
Я предполагаю, есть и другой уровень способностей. Более высокий.
На что же способны они?
Знаете, мне не нравится слово «малефики». Оно предполагает наличие какой-то мистической, дьявольской силы. Я же считаю, что все прозаичнее. Это что-то на уровне крови, жил, соединений клеток.
В своих исследованиях я буду называть их носителями гена, который Церковь отчего-то держит в секрете.
Почему первой всегда приходит боль? Проклятый закон. Почему не память, почему не запах домашнего пирога, не звук лютни?
Всегда она. Всегда боль, её старая знакомая. Боль и голос:
– Мне жаль, но ногу отрезать. Слышишь меня, леле? Вот и славно. И не приходи в себя.
Следом за голосом – звук, с которым пилят кость. От него заныли зубы.
Чонса разлепила ресницы, что далось ей не сразу и не так просто. Движение глаз под веками – это мука, голова болела до последней кости, до каждого нерва. Кажется, она еще и прикусила себе язык, и он, распухший, ворочался во рту мертвой рыбой на волнах дыхания. Мир плыл кольцами света, Чонса смогла различить в игре пламени лохматое существо, склонившееся над чем-то, откинувшее что-то в сторону. Ворвался шум, и она удивилась, как раньше не расслышала грохот воды. Девушка сухо сглотнула, по ощущениям – горло расцарапал в кровь ледяной сырой воздух. Она застонала.
Существо оглянулось. Это было из-за жара или больного рассудка, но во тьме глаза у него горели, как у дикой кошки. Два жёлтых кругляша сощурились, существо что-то сказало – Чонса не расслышала. Чонса снова потеряла сознание.
– Она прекрасно справилась.
Я не верю ему. Не поверю, пока не увижу её живой и здоровой, насколько это возможно в лазарете. Феликс еле за мной поспевает, я слышу его шаркающие шаги, но не сбавляю скорость даже в угоду его возрасту. Знакомая мне дверь обшита железными полосами, скрипит как кашель в груди престарелого наставника, когда я её открываю. Ряд сколоченных коек благоухает хвойной смолой, одна от другой закрыта ткаными простынями, и