Дело нашего ума. Понятная книга об интеллектуальной собственности. Евгений Пен, Максим Дышлюк
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Дело нашего ума. Понятная книга об интеллектуальной собственности - Евгений Пен, Максим Дышлюк страница 6
![Дело нашего ума. Понятная книга об интеллектуальной собственности - Евгений Пен, Максим Дышлюк Дело нашего ума. Понятная книга об интеллектуальной собственности - Евгений Пен, Максим Дышлюк](/cover_pre1347107.jpg)
Но, как подмечают многие исследователи, закон всегда отстает от инноваций. Право может какое-то время не обслуживать новацию, игнорируя сам факт её возникновения. Так случилось и с нашими первыми авторами-изобретателями Ыыхом и Ээхом. Право на наскальный рисунок и на модель палки-копалки уже возникли, но юридически не были ни озвучены, ни оформлены. Понадобились два с лишним миллиона лет и множество усилий других людей, оставшихся безымянными, которые изобретали и творили что-то новое, чтобы появились зачатки юридической защиты авторского и патентного права. Второе развивалось интенсивнее первого, и сейчас рассмотрим почему.
Прообразы патентов существовали уже в Средневековье и имели форму индивидуальных грамот, или «привилегий» – королевских разрешений. Промышленники, предприниматели уже в те времена всячески хотели закрепить за собой монополию, поэтому из всех форм интеллектуальной собственности, патенты и возникли первыми. Ведь на самом деле в психологии предпринимателей мало что изменилось за последние семь веков, а может, и тысячу лет.
Их всегда волновало вот что: они своим творческим трудом создают какое-то изделие, уникальный механизм, но почему-то никоим образом не могут рулить процессом изготовления и совершенствования своей технологии.
Это и побудило власти отдельных государств создать механизм охраны технологий, чтобы, с одной стороны, дать возможность изобретателям управлять своей технологией, а с другой – подстегнуть прочих создавать изобретения и получать прибыль от собственного созидательного труда. Ремесленник-изобретатель получал королевскую привилегию и мог выпускать свои изделия или применять свои изделия при производстве, что называется, эксклюзивно.
Нельзя назвать эти, выдаваемые Короной, привилегии в полном смысле правовой защитой, поскольку в самой деятельности самодержца, как говорят юристы, «отсутствовал признак нормативности». Говоря простым языком, привилегии были, а законов их выдачи ещё не было. Всё решала коронованная особа, а чаще того – его/её левая пятка. Хочу – выдаю привилегию, хочу – нет.
Но, тем не менее, это был шаг вперёд – к тому, что в итоге вылилось в настоящий патентный бум и научно-техническую революцию.
19 марта 1474 года в Венецианской республике приняли первый закон, который стал охранять авторство изобретений. В Венецианском уставе признавались «моральное право» и исключительное право автора и наследников на использование изобретения в течение десяти лет.
В 19 веке, с наступлением промышленной революции, произошёл взрывной рост количества патентов. Институты по обеспечению и защите патентного права также получили импульс очень интенсивного развития. В итоге всей этой бурной деятельности случилось неизбежное.
20 марта 1883 года была подписана Парижская конвенция – международное соглашение