особенно книги по истории и литературе. В тот вечер Вера читала ей про корабли Одиссея, как сгинули они все в буре, и только храбрый Одиссей спасся, уцепившись за обломок бревна. Заморосил мелкий дождь. Маня убрала с крылечка свою тряпичную куклу, подобрала лоскутки материи, и собралась пойти в дом, как вдруг Вера резко перестала читать и отложила учебник, соскочила с крыльца и выбежала прямо под дождь. Маня уже перешагнула порог, когда услышала позади себя скрип, обернулась и остановилась, замерев от увиденного. На серой и мокрой от дождя стене сеновала, прямо ниоткуда, появилась дверь. Она со скрипом покачивалась от порывов ветра. Доски на ней были гнилые, с белёсым налётом, а ручка блестящая, похожая на птичье крыло. Вера взялась за ручку, открыла дверь, и шагнула в тёмный проём. Дверь за ней сразу же захлопнулась, и тут же исчезла, как её небывало, и опять осталась только глухая мокрая стена. Маня стоит и смотрит, будто заворожённая, верит и не верит своим глазам. И в это время мать во двор забегает, под козырёк с Маней запрыгивает, смеётся, что, мол, Маня, стоишь под крышей, уже не бегаешь босиком по лужам, выросла что ли? А Маня в себя прийти не может, куклу к себе прижимает, на стену сеновала смотрит. Мама подняла с крыльца Верин учебник, в дом зашла, и Маня за ней. Бабушка Татьяна захлопотала у печки, на стол картошку, хлеб выставляет. Мама переоделась в сухое и села за стол. Маня подсела к ней слушает, как она рассказывает о своём бригадире, вечно пьяном Пал Палыче, о новостях, которые передавали по радио. Слушает, а сама на входную дверь смотрит, ждёт, когда вернётся сестра. Она же вернётся! Просто Вера опять разыграла Маню, она та ещё выдумщица на такие дела! Сама, наверное, сидит на сеновале, смеётся над ней, и ждёт, когда Маня искать её станет. Ничего, посидит-посидит, да и надоест ей там одной сидеть, выйдет. А мама тем временем у бабушки спрашивает, где Вера. А бабушка Таня вообще Веру не видела, она спала, когда Вера домой забегала. Маня залезла к маме на коленки, и даже задремала, приткнувшись к ней. Проснулась она оттого, что мама понесла её на кровать. За окнами было уже темно, тусклая лампочка освещала пустой стол, посуду со стола убрали и вымыли. Маня перелезла на кровать, которая стояла возле печки, и на которой спали они с сестрой. И тут она заметила, что Веры дома всё ещё нет. И услышала, как мама с бабушкой за перегородкой беспокойно обсуждают, что Вера становится взрослой, построже сейчас с ней надо, на улице ночь, а она всё по подружкам бегает. У Мани сон как рукой сняло. Она снова натянула платье и вышла во двор. Дождь кончился, но кругом сыро, темно, от сеновала чёрная тень выползла на половину двора. Маня поёжилась. Страшно ночью идти одной в тёмный сарай, но и Веру надо домой звать, вдруг она там уснула! Маня не стала надевать галоши, а босиком добежала до ворот сарая, распахнула одну створку и крикнула: «Вера! Мама тебя потеряла!» Подождала немного, потом опять крикнула, уже громче: «Ну всё, выходи, я знаю, что ты здесь!» «Она что, на сеновале прячется? Натворила разве чего?» – Раздался позади неё строгий голос мамы. Маня ответила: «Наверное, она там уснула».