Парадоксы футурологии. Мир глазами политолога. Дмитрий Выдрин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Парадоксы футурологии. Мир глазами политолога - Дмитрий Выдрин страница 9
![Парадоксы футурологии. Мир глазами политолога - Дмитрий Выдрин Парадоксы футурологии. Мир глазами политолога - Дмитрий Выдрин](/cover_pre1415359.jpg)
Вспомнил об этих своих метаниях уже после «нулевых». Тогда, кажется, под влиянием встречи с Джином Шарпом – отцом теории «мягкой силы» и прочих технологий госпереворотов, я изучал предпосылки и угрозы «цветных революций» на постсоветском пространстве. Среди прочих выводов был и такой, что те, кто имитируют демократию и свободу (да хоть близкий к ним оргазм), никогда не победят тех, кто эмитирует деньги и мечту. Поэтому и советовал грузинским товарищам заваливать фасадную демократию гиперактивного Майкла не «коктейлями Молотова», а коктейлем из олигархических денег и «грузинской мечтой» (типа, смешать водку с чачей). А другого у них ничего под рукой и не было… А вот у украинского президента было! Помню, обратился тогда к Януковичу с просьбой не сворачивать в стране полярные исследования. Тот изумился, типа, на кой х… р надо.
Я, как мог, рассказывал. Говорил об истории. О том, что «русский характер» закладывался в Поморье, Сибири, Арктике. Как, кстати, «американский» не столько на «диком Западе», сколько в холодной Аляске. Клондайк, Доусон, Сороковая миля со Смоком Беллью дали для архетипов американских Рэмбо больше, чем калифорнийские пляжи со спасателями Малибу. (Русские, отдав Штатам Аляску, помогли создать в социометрическом смысле Америку. Но это отдельная история.) Я же напоминал президенту, что у каждой уважающей себя страны должен быть свой «Север» – территория, объективно тестирующая, испытывающая, затачивающая людей на мужество, выживаемость, терпение, трудолюбие и волю. Хотя бы для этого надо было ему сохранить полярные исследования…
Говорил ему, как воцерковленному прихожанину, о сакральной близости аллегорического «Севера» к православию. Арктика – это природный храм, где человек, как в церкви, думает о главном. Где личность понимает, что испытание – это удовольствие, а удовольствие – испытание. Где всё чисто, а не загажено, где всё по-честному и по заслугам. Где душа расширяется до просторов северного сияния, а не скукоживается до размеров майдана…
Говорил, конечно, и о политике. О том, что те же майданы возникают там, где исчезает высокая мечта. Теми, кто мечтает стать полярниками и «зимовщиками», намного сложнее
манипулировать, чем теми, кто мечтает быть брокерами и коучерами..
Не услышал. И мне оставалось только перелистывать дневники Руаля Амундсена и Роберта Скотта, перечитывать романы Виктора Конецкого и Олега Куваева, смотреть любительские кадры Артура Чилингарова и Федора Конюхова, восхищаться полузабытой отважной пятеркой советских путешественников, пешком прошедших от Уэлена до Мурманска… Я думал, что тема Великого