Зимняя бегония. Том 1. Шуй Жу Тянь-Эр
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Зимняя бегония. Том 1 - Шуй Жу Тянь-Эр страница 20
![Зимняя бегония. Том 1 - Шуй Жу Тянь-Эр Зимняя бегония. Том 1 - Шуй Жу Тянь-Эр Young Adult. Лучшие азиатские новеллы](/cover_pre1416634.jpg)
– Ну что вы, помилуйте! Как я и сказал, ремесло ремеслу рознь. Девица стоит на другой горе, вы ведь тоже артистка.
Было известно, что Шан Сижуй обычно проводил досуг сдержанно, к тому же, дабы сберечь голос, редко участвовал в подобных шумных приёмах. Говоря по правде, его нельзя причислить к людям, ищущим чувственные наслаждения. А потому многие из присутствующих лишь слышали имя Шан Сижуя, но никогда не встречали его в повседневной жизни, и сегодня, увидев его истинное лицо без краски, не давали ему прохода. Они один за другим подходили к Шан Сижую, подыскивая слова, чтобы завести с ним разговор, и кончилось всё тем, что он обязан быть спеть хоть разок. Шан Сижуй не хотел петь, в последние дни похолодало, и у него обострилась старая болезнь, горло не повиновалось ему как прежде. Но ему было не отвертеться, к тому же, как бы его ни расхваливали, он всего лишь актёр, который призван украсить собой оживлённый вечер, это его прямая обязанность.
Шан Сижуй не спеша поднялся и заговорил:
– Что дамы и господа желают послушать? Как насчёт «Веера с персиковыми цветами»?[43]
Никто из присутствующих не возразил. И Шан Сижуй запел. Голос его, подобно звону разбитого серебряного кувшина, вдруг ворвался в дом, и звуки танцевальной мелодии в саду оказались заглушены оперной арией. Молодёжь прекратила танцевать и оглянулась туда, откуда доносилось пение. Этим вечером, пришедшимся на позднюю осень, луна ярко сияла в небе, окружённая россыпью звёзд, и кристально-чистый голос, казалось, взмывал к небесам, лаская слух освежающей прохладой и погружая в неизведанное. Какой там вальс или серенады! В сравнении с Шан Сижуем они никуда не шли, и танцевальная мелодия немедленно распалась на хаотические пошлые звуки, от которых вяли уши. Только ледяной голос Шан Сижуя был в силах выразить всю прелесть этого пейзажа, где в лунном свете играл ветерок, подобно тому как Чанъэ[44] во дворце Великого холода[45] развевающимися рукавами соединяет небеса и землю своей мелодией.
Все разговоры в игорном зале постепенно стихли, и люди обратили слух к пению Шан Сижуя. Этот голос настолько полнился чистотой, что, казалось, разогнал весь дым и чад, заполонивший гостиную. Чэн Фэнтай, зажав в зубах сигарету, застыл. На сей раз, слушая пение Шан Сижуя, он оказался охвачен непостижимым чувством, словно вдруг повстречал старого друга – по крайней мере, на сердце у него стало так же тепло.
Как раз когда ария подошла к концу, в зал вбежала целая стайка молодых господ и барышень, прежде танцевавших в саду. Девица, её возглавлявшая, смерила Шан Сижуя пристальным взглядом, а затем бросилась к господину Хуану и, повиснув у него на шее, принялась ластиться:
– Папа-папа-папочка, отдай нам ненадолго этого актёра, всего лишь на минутку!
Господин Хуан стряхнул её с себя:
– Зови его Шан-лаобань!
– Хорошо-хорошо,
43
«Веер с персиковыми цветами»
44
Чанъэ
45
Гуанханьгун