Лагерь и литература. Свидетельства о ГУЛАГе. Ренате Лахманн
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Лагерь и литература. Свидетельства о ГУЛАГе - Ренате Лахманн страница 58
![Лагерь и литература. Свидетельства о ГУЛАГе - Ренате Лахманн Лагерь и литература. Свидетельства о ГУЛАГе - Ренате Лахманн](/cover_pre1416993.jpg)
81
Как пишет Нина Фишер, молчание после холокоста «нередко было стратегией, избранной пережившими холокост семьями» (Fischer N. Das Schweigen und das Kind // Schweigen (Archäologie der literarischen Kommunikation XI) / Hg. A. Assmann, J. Assmann. München, 2013. S. 171).
82
Используемое Эткиндом и Чижовой понятие «неспособность скорбеть» отсылает к книге Маргариты и Александра Митшерлих «Неспособность скорбеть», в которой говорится об игнорировании немцами нацистского прошлого. То (фрагментарное) осмысление, которому это прошлое подверглось впоследствии, в контексте постсоветских попыток часто преподносится как образцовое.
83
См. уже упомянутую библиографию Каплан The Bibliography of the Gulag Today. Характерный для 1990‑х дух подъема тоже не допускал, чтобы послание лагерных текстов было услышано. Лагерная литература принадлежит прошлому. Об этом забвении истории см. статью Хартман: «Лагерная литература попала на периферию: Общество в России занято исключительно современностью, а для Запада сенсационная ценность разоблачений ГУЛАГа давно уже исчерпана» (Hartmann. Ein Fenster in die Vergangenheit. S. 60; рус. пер.: https://shalamov.ru/research/61/3.html (дата обращения 28.06.2023)).
84
Я имею в виду танец перед Освенцимом 89-летнего бывшего узника этого лагеря смерти Адама Кона с внуками под песню I Will Survive. Само событие и его резкая критика нашли отклик в мировой прессе. Этот танец не единственный: в 2017 году 92-летняя Ева Фахиди, потерявшая всю семью, совместно с молодой танцовщицей Эмеше Цухоркой исполнила на сцене небольшого будапештского театра (а также в берлинском театре «Фольксбюне» в том же году) поставленный Рекой Сабо танец о пережитом в Освенциме.
85
Телепередачами об их тайном местонахождении развлекают и немецкую публику.
86
Флиге И. Биография памятника жертвам советского террора // Научно-информационный центр «Мемориал». СПб., 2011. С. 1–18.
87
Об эстетической стороне оформления памятных мест см.: Konradova N. Suche nach der Form. Gulag-Denkmäler in Rußland // Das Lager schreiben. S. 421–439.
88
См. статьи в сборнике: Der politische Totenkult. Kriegerdenkmäler in der Moderne / Hg. R. Koselleck, M. Jeismann. München, 1994. В частности: Kämpfer F. Vom Massengrab zum Heroen-Hügel. Akkulturationsfunktionen sowjetischer Kriegsdenkmäler. S. 327–349; Arnold S. R. «Das Beispiel der Heldenstadt wird ewig die Herzen der Völker erfüllen!» Gedanken zum sowjetischen Totenkult am Beispiel des Gedenkkomplexes in Volgograd. S. 351–374. Тезис Козеллека, что мертвые (павшие на войне) оказываются «достойны публичной памяти» лишь тогда, когда становятся «пригодны для того, чтобы ставить им памятники» (c. 19), справедлив и в отношении жертв репрессий.
89
Погибшие в лагере умерли не за отечество. Они в буквальном смысле боролись лишь за собственное выживание. В некоторых лагерных текстах подчеркивается героизм заключенных, который проявляли силу духа, сопротивлялись, отказывались подписывать признания и героически погибали: за правду, иные – за веру, за свою честь. Об амбивалентности понятия героя см.: Флиге И. Палач и жертва в поисках исторического героя как парадигма музейных экспозиций. (Рукопись.) Флиге проанализировала 400 музеев – государственных, муниципальных и частных – с точки зрения способа репрезентации жертв ГУЛАГа: «Визуальные образы ГУЛАГа и террора в музейных экспозициях».