Агасфер. Алексей Михайлович Дербенёв
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Агасфер - Алексей Михайлович Дербенёв страница
![Агасфер - Алексей Михайлович Дербенёв Агасфер - Алексей Михайлович Дербенёв](/cover_pre670004.jpg)
Был рождён за 19 лет до нынешних событий совершенно случайно студенткой мехмата после пьянки в общаге, поэтому рос без отца. Несмотря на продолжение отношений с мужчинами, мать потакала ему во всех стремлениях, красила ему волосы, терпела унижения в свой адрес и закрывала глаза на подростковый алкоголизм, из–за чего стал его нрав жалок и несуров. Мать, Елизавету Михайловну, он бросил одну, переехав жить в квартиру с девушкой.
Елизавета завела себе очередного любовника кавказской национальности, с которым отлично общалась, тем более, она привыкла распознавать акцент, потому что это работала с иностранными студентами. Женщина долгое время была действительно крепкая и готовая надавить на свою судьбу, но только не на сына: хорошо закончила университет и попала в бухгалтерию, со знаниями языков ей легко оказалось продвинуться по карьере и занять это место. Сына она особо не воспитывала и больше ему потакала, чем уделяла время – самая фатальная стратегия из возможных в воспитании.
Деньги приносила и она отправляла их Егорке, но тут, как пиявка, присосался этот любовник, из–за чего она, желая угодить всем сразу, стала отправлять ему меньше денег. Егорка не растерялся, приехал, устроил скандал, получил в поддых от любовника, который выгонял его из квартиры. Напоследок он умудрился плюнуть в лицо матери со словами: обменяла свою кровинку, как ты меня называла, на какую-то обезьяну. Долго же она страдала, билась в конвульсиях, что и любовнику это стало надоедать. Чтобы удержать его, она стала заниматься сексом, подчас забывая надеть защитные средства, и вскоре снова забеременела. Радости сколько было: тут она с отцом – осознанная женщина, готовая дать ребёнку необходимое, – так и ещё молодость вспомнит, ведь полжизни уже как-никак прошло.
Недолго это длилось, к сожалению. Кавказский любовник ни с того ни с сего куда-то испарился, не оставив ни следов, ни намёков, ведь его тоже можно было понять: последние месяцы его удерживали уже только половые отношения, которые, впадая в сражения с меланхолией его женщины, все же кое–как перевешивали, но, делая нечто с частой регулярностью, рано или поздно это надоедает, а удовольствие не просто падает – оно в неведомый момент стирается настолько, будто его никогда и не было. Ещё ожидается приплод, безусловно важный и тяжкий момент для мужчины. Тут совсем нет времени до тугодумства и игр в надежды, вот он её покинул. Хочется отметить, что указание о нации партнёра здесь не играет никакой роли, кроме биографической.
Егорка не поддержал мать. Нехотя заехал к ней один раз на диалог, в котором до ужаса был груб и чёрств, а новость о братике привела его в то остервенело-маниакальное состояние, какое бывает у людей-собственников, когда они теряют свою игрушку. Он скоропалительно разыгрался и стал крыть маму благим матом. Безусловно, напрочь отказался съезжаться, потому что она, оказывается, до этого предала его наличием личной жизни, и он не может ей позволить манипулировать им дальше. Казалось бы, странные обвинения. В чем заключались манипуляции, столько выводившие молодого человека? Они заключались в давлении на жалость своим положением: тем, что она обременена и ей, следовательно, необходима его помощь.
В этот раз он не плюнул ей в лицо, но в душу-то, можно сказать, с размахом. Она, терзаемая одиночеством и нервными срывами, случайно поскользнулась в нашу живописную русскую зиму и приземлилась на бетонную ступень – выкидыш произошёл мгновенно. Еле откачали в больнице. Сын соблаговолил – именно это слово – навестить один раз. Все равно был бойкий и прыткий в агрессии, не стесняясь моральных норм, заявил о том, что пришёл из какой-то внутренней обязанности и чтобы у неё не было возможности демонизировать его в глазах других. В конце, стиснув зубы, бросил пакет на кушетку после объяснения и стремительно убежал к друзьям заниматься чем-то.
Через несколько месяцев мать прогуливалась по парку, умалишённая и грязная, с глазами красными от слез, вся печальная и драматичная. Незадолго уволилась из института и стала малоуспешным репетитором испанского, который выучила от студентов. Она умела свободно говорить, но подготавливать к экзаменам не слишком удавалось, поэтому карьера шла кое–как.
Один раз идёт по улице-проспекту среди тополей и видит свою кровиночку, последние деньги которому отправляет до сих пор, а он кидает обеспокоенный взор на неё, чуть после ускоряет шаг, плюёт на землю сигаретой и резко сворачивает в подворотню, словно в шпионских триллерах. Елизавета Михайловна беспокойно бросается за ним, неумело перебирая ноги, спотыкаясь сама о себя, – не поймала. Собралась наша горе-мать в сельхоз магазин, взяла верёвку, во время покупки которой кассирка, толстая взъерошенная женщина лет 40, монотонно-значно посмотрела на неё, далее прогулялась до банкомата, сняла