Дыхание в унисон. Элина Быстрицкая
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Дыхание в унисон - Элина Быстрицкая страница 10
![Дыхание в унисон - Элина Быстрицкая Дыхание в унисон - Элина Быстрицкая Биография эпохи](/cover_pre1139221.jpg)
И вот буквально за несколько дней до начала занятий вдруг узнаю, что мандатная комиссия… меня отчислила! Оказалось, я не представила справку о том, что вошла в пять процентов выпускников медучилища, которым разрешается продолжать учебу в других учебных заведениях. Было тогда такое правило. Кстати, цифра «пять» для меня почему-то роковая, она меня преследует всю жизнь. Но у меня справки и не могло быть на руках, поскольку я ее сдала при поступлении в Нежинский пединститут. Что же делать? Я в ужасе: столько пережить, столько перетерпеть, быть принятой и вдруг отчисленной? Растерялась, и на лице, видимо, у меня было написано все, что человек чувствует в такие минуты.
Мимо проходил Яков Иванович Токаренко, преподаватель истории, доброжелательный и очень колоритный человек.
– Чого ж вы так стоите? – сочувственно спросил он.
Я ему все выложила.
– Езжайте в Нежин, – посоветовал он, – пойдите в пединститут и возьмите свою справку.
И я поехала. Но в институте мне справку не выдали – не положено.
Был там замечательный педагог и писатель, который случайно меня встретил и участливо расспросил, что со мною приключилось.
– Ну что вы расстраиваетесь? Зачем вам объяснять в кадрах, для чего понадобилась эта справка? Просто скажите: для снятия копии.
– Но в театральном институте нужен оригинал, – засомневалась я.
– Ну и поезжайте с оригиналом, – спокойно сказал он.
Это было для меня, наивной, таким потрясением! Но именно так я и поступила. Справку я предъявила в приемную комиссию института, оттуда ее передали в мандатную комиссию, и меня восстановили. Для этого мне пришлось походить по начальственным кабинетам, доказывать, ждать. Ничто в жизни не проходит бесследно, война научила меня терпению и стойкости.
В популярной песне поется: «Мне часто снятся те ребята…» Мне всю жизнь будут сниться мои раненые, мои передвижные, на колесах, госпитали, окровавленные бинты, кровь на белых халатах. И поступление в театральный институт стало как бы рубежом: прошлое уходило, начиналось будущее. Закончился важный период моей жизни, в котором объединились военные годы, время взросления, пришедшееся на послевоенную разруху, поиск себя. Судьба не скупилась на испытания. Может, это было и неплохо? Ведь тем, что получаешь легко, беззаботно, из чужих рук, не особенно дорожишь. Много позже я думала: а как сложилась бы моя жизнь, если бы во время памятного посещения директора института отец, в полном офицерском блеске, при погонах и орденах, сказал:
– Вы должны принять мою