Исповедь коллекционера поражений. Александр Карпов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Исповедь коллекционера поражений - Александр Карпов страница 1
![Исповедь коллекционера поражений - Александр Карпов Исповедь коллекционера поражений - Александр Карпов RED. Fiction](/cover_pre1175543.jpg)
Подумав об этом, я перестаю показывать в проплывающих оконных солнечных бликах звериный оскал и начинаю хмурить брови, будто мне перестает нравиться мое путешествие на поезде. Мое лицо при этом приобретает столь серьезный вид, который любой человек назовет либо занудным, либо принадлежащим чрезмерно придирчивому контролеру, каким следует быть только тому, кто проверяет билеты на входе в заведение типа театра или кинотеатра. Именно так выглядела поездная стюардесса, которых в железнодорожном деле именуют проводницами и, которая подолгу всматривалась в наши проездные документы, сверяя сквозь заляпанные до предела стекла очков данные паспортов и того, что было отпечатано на билетах. Ее пристальное внимание, демонстративно въедливое чтение имен и фамилий, серий и номеров паспортов длилось столь долго, что пассажиры в создавшейся из-за этого очереди начали роптать на то, что у соседних вагонов уже давно всех проверили и запустили на свои места. На это «наша» стюардесса ответила на редкость занудным голосом, что не надо ее учить работать. А потом она добавила, будто сосредоточена сейчас на нашей же безопасности, которая может пострадать от того что в одном единственном билете будет допущена «существенно важная» опечатка, наличие которой испортит нам всю поездку. Кстати, снова добавила она в адрес пассажиров, что оная может вовсе не состояться по той же причине.
Этот аргумент, на фоне безупречно подогнанной по несуразной, с множеством излишних выпуклостей фигуре, со втянутой по самые плечи головой, с прищуренными так глазами, что совсем не было видно зрачков, спрятанных за мутные стекла очков, звучал монолитным заключением с поставленной в конце жирной точкой.
Но все же ропот потенциальных пассажиров поданного поезда, подкрепивших свое право на поездку наличием проездных документов с уплаченными за них деньгами, сделал свое дело. Едва попытавшаяся взять верх над увеличивающейся по численности толпой людей, жаждущих в ближайшие несколько часов попасть из пункта «А» в пункт «Б» по железной дороге, вагонная стюардесса сняла очки. Затем она открыла рот для громогласного крика уполномоченного лица, обладающего почти неограниченной в ее положении властью, как ее тихо сменила куда более улыбчивая и доброжелательная на вид коллега. Все произошло столь быстро и незаметно, что очередь из кандидатов на поездку почти не заметила подвоха и очень быстро успокоилась, увидев, что проверка проездных документов ускорилась до рекордных показателей по времени. Свалившаяся на людей тишина моментально превратила их из очереди в поток, который перестал стоять на месте и возмущенно гудеть, а влился в тесное пространство плацкартного вагона, освободив платформу для следующих путешественников.
Оказавшись в числе первых и единственных счастливчиков, которым выпала огромная честь стать клиентами вагонной стюардессы, обладавшей чудной фигурой с выпуклостями и очками с почти непрозрачными стеклами, я стал ждать ее появления в нашем отсеке плацкартного вагона, что непременно должно было состояться для второй очереди проверки проездных документов. Однако этого не случилось. Долгожданной встречи с желанной и очень интересной во всех критериях внешности и манеры поведения дамой не произошло. Более того, она не появилась и потом, когда ее доброжелательная коллега обошла всех пассажиров, снабдила горячем чаем пожелавших его и ответила на вопросы самых взволнованных. Не было ее и потом, когда все начинали готовиться ко сну, залезали на свои верхние и ложились, соответственно, на нижние полки, ворчали и желали друг другу самых добрых и сладких снов. Не появилась она в вагоне и утром, когда о ее существовании, казалось, все уже благополучно забыли, погрузившись в просмотр навязанных сновидений или занявшись тем, что обычно следует после пробуждения, будь то утренний моцион или простое наблюдение забортного пейзажа.
Как и все, давно смирившись с загадочным исчезновением чудо-стюардессы, мастерски создавшей своей медлительностью едва ли не давку возле своего вагона, я оставался озадаченным только тем обстоятельством, в котором никак не мог разобраться. Меня волновало только одно: как она могла что-либо видеть через полностью отсутствующее изображение в стеклах очков, вызванное их основательной санитарной неухоженностью.
Даже я, в свои четырнадцать лет, имея зрение в минус два с половиной на оба глаза, отчего был вынужден пользоваться очками по необходимости, старался всегда следить за чистотой их стекол. В чем я невольно оставался солидарен с чудо-стюардессой, так это была моя привычка сильно и отчаянно щуриться при желании что-либо разглядеть без очков, с невольным созданием на своем лице гримасы, изображавшей массу складок на лбу и щеках, широко открытой ротовой полостью и выпячиванием вперед сразу всех зубов. Выражение моей физиономии в этом случае становилось столь комичным, что моя мама, дабы избавить меня