Счастливая жизнь для осиротевших носочков. Мари Варей
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Счастливая жизнь для осиротевших носочков - Мари Варей страница 18
![Счастливая жизнь для осиротевших носочков - Мари Варей Счастливая жизнь для осиротевших носочков - Мари Варей Правила счастливой жизни](/cover_pre1227658.jpg)
Не знаю, хочется ли мне писать о Скарлетт, но Скарлетт – неотъемлемая часть моей жизни и моего детства. Писать о себе, не упоминая о ней, кажется нелепым. С другой стороны, непросто объяснить, какие нас связывают отношения.
Про таких, как моя младшая сестра, говорят, что они «обладают харизмой». Их либо обожают, либо ненавидят, они интереснее президентских выборов или нового сезона «Игры престолов».
С чего бы начать?
Я постоянно слышу, как незапланированного ребенка называют «случайностью», «неожиданностью» или «катастрофой».
Обратимся к словарю.
Случайность – непредвиденное обстоятельство.
Неожиданность – не соответствующее ожиданиям событие, обстоятельство, явление.
Катастрофа – неожиданное происшествие, создающее опасность и имеющее трагические последствия. Синонимы: несчастье, невезение, катаклизм, бедствие.
Рождение Скарлетт стало для мамы катастрофой.
Как по мне, «катастрофа» – это когда водитель убивается на обледенелой дороге, когда едет в «Волмарт».
Я очень жалею незапланированных детей, потому что они напоминают мне сестру. Каждый раз, когда я слышу, как отец или мать называют своего ребенка «катастрофой», меня охватывает непреодолимое желание взять малыша на руки и сказать ему: не слушай бред этих взрослых, рождение ребенка не может быть катастрофой! Так я поступала со Скарлетт, когда в детстве она спрашивала, не удочерили ли ее.
Думаю, мама еще до появления Скарлетт подсознательно решила, что этот незапланированный ребенок приведет к катастрофе. Возможно, у Скарлетт не было иного выбора, кроме как оправдать ожидания, соответствовать дурацкому ярлыку, наклеенному на нее с первого УЗИ. Я, в свою очередь, старалась соответствовать выданной мне роли идеальной дочери, рождения которой ждали, как пришествия мессии.
До того, как отец ушел из семьи, они с мамой иногда устраивали званые ужины. Нам со Скарлетт разрешалось не спать до конца аперитива при условии, что мы будем разносить закуски: приготовленные мамой сосисочные рулетики или крекеры, на которые отец клал маленькие кусочки сыра. (Мама, будучи истинной француженкой, ненавидела любой сыр, за исключением французского, но папа любил чеддер.) Как наяву вижу Скарлетт с влажными после ванны волосами, одетую в пижаму в горошек… На таких вечерах мама вспоминала, как директор похвалил меня за стихотворение о застрявшей в мазуте чайке или как я спасла от утопления котенка… Мама с мечтательным видом говорила обо мне и только обо мне, даже забывая донести до губ бокал. Скарлетт тем временем держала в руках тарелку с закусками, восхищенно слушая истории о моих подвигах. Думаю, она гордилась тем, что у нее такая замечательная сестра. На губах у нее сияла широкая улыбка, полная искренней радости, – единственное генетическое наследие отца, потому что в остальном мы с сестрой были копией мамы.
Когда Скарлетт проходила