Божья искра. Ростислав Паров
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Божья искра - Ростислав Паров страница 9
![Божья искра - Ростислав Паров Божья искра - Ростислав Паров](/cover_pre1231550.jpg)
– Ну что, теперь понятней объяснил?
– Как-то мне, Петр Леонидович, такой вывод не нравится, – совершенно искренне, не пытаясь достичь иных целей, заявил Иван Алексеевич.
– И верно, Ваня… скверный вывод… Чтобы вырваться из детерминизма сознания, нам надо освободиться от времени… А этого, – профессор с усмешкой вздохнул, – мы, люди, никогда не сможем.
Замолчали. Лесин прокручивал в голове доводы профессора, старался найти в них какую-то брешь, какой-нибудь контраргумент, как из кармана пиджака послышался вызов. Характерные три коротких гудка, пауза, потом еще три. Такой сигнал был привязан у Ивана Алексеевича к очень важным персонам, отвечать на вызов которых надо было незамедлительно.
Дрожащей рукой он надел коммуникационные очки и спешно встал. Вызов был от премьер-министра. Понимая, что он не сможет одновременно общаться с премьер-министром и обрабатывать Калабина (хотя нить «обработки» к тому моменту уже была утеряна), он впал в смятение. Плохой прием понуждал его идти к лимузину, а нежелание упустить маэстро удерживало на месте. В конце концов он сделал неуверенный шаг спиной назад по направлению к машине, одновременно вытягивая руку к Калабину, инстинктивно пытавшуюся удержать его на месте.
– Завтра, здесь же, в это же время, – ответил, едва улыбнувшись, маэстро, спешно встал и начал спускаться с другой стороны холма.
IV
Возвратившись в отель, и за неимением обеда, плотно поужинав, Иван Алексеевич вернулся к их сегодняшнему с профессором разговору. Поначалу он хотел лишь подготовиться к завтрашней встрече: подсобрать больше аргументов, вопросов, которые помогли бы «растопить» вдруг возникший между ним и Калабиным лед, а уже после того как взаимное доверие будет восстановлено, вновь вернуться к центральной теме.
Постепенно, по мере проверки детерминизма на все новых и новых примерах, настроение Ивана Алексеевича стало портиться, в конечном итоге дойдя до состояния какого-то внутреннего страха. Лесина ужасно пугала идея, что каждая его мысль возникает потому, что должна возникнуть, потому что другой быть не могла. А это, в свою очередь, означало, что все достижения Ивана Алексеевича, все его успехи – это всего лишь неотвратимое стечение обстоятельств, а вовсе не его заслуга и успех. Может, и Божья воля, но никак не его собственная.
Все это виделось Лесину чертовски унылым, заставляя искать спасительные соломинки, которые бы вернули ему прежнее душевное спокойствие и определенность. Одно было ему совершенно непонятно:
«Пусть даже все предопределено, допустим, это так… Как же это стыкуется с тем, что я каждый раз ярко ощущаю свой выбор, свое решение? – спрашивал он сам себя, расхаживая по своему номеру взад и вперед. – Вот держу я ложку, – Лесин брал со стола чайную ложку и направлял ее то вправо, то влево, – ведь я сейчас отчетливо решаю, махнуть ей вправо или влево. Я ведь волен сделать как угодно, и если это не решение, то что же это тогда?»
Ставя