Зенитчик: Зенитчик. Гвардии зенитчик. Возвращенец. Вадим Полищук
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Зенитчик: Зенитчик. Гвардии зенитчик. Возвращенец - Вадим Полищук страница 42
![Зенитчик: Зенитчик. Гвардии зенитчик. Возвращенец - Вадим Полищук Зенитчик: Зенитчик. Гвардии зенитчик. Возвращенец - Вадим Полищук Коллекция. Военная фантастика (АСТ)](/cover_pre1243624.jpg)
– Огонь!
Г-гах! Блям-с. Мимо!
Лязгает затвор. Заряжающий без команды досылает бронебойный.
– Готово!
– Огонь!
Г-гах! Блям-с. Мимо! Что за черт. Кланц.
– Готово!
– Огонь!
Г-гах! Блям-с. И снова промах. Заколдованный он, что ли? Кланц.
– Готово.
Ба-бах! Воздушной волной меня сбрасывает с сиденья наводчика, сверху летят комья земли.
– Ложи-и-и-ись!!!
Я втискиваюсь в щель, следом в нее сваливается еще кто-то. Бах! Бах! На этот раз чуть дальше, но земля даже подпрыгивает. Гаубицы сто пять мэмэ, не меньше, а может и стопятидесятимиллиметровые тяжелые пехотные пушки. Ба-бах! Уже ближе. Мерзлый ком земли больно бьет по спине. Точно бьют, сволочи. Впрочем, ничего удивительного, наши пушки торчат в чистом поле, как прыщи на щечке топ-модели. Хочется глубже вжаться в землю, буквально раствориться в ней. Но земля отталкивает меня резкими толчками, совпадающими с разрывами вражеских снарядов. Сколько длился налет на нашу позицию, не знаю, минуты три-четыре, не больше, но мне кажется не менее получаса. Наконец разрывы смещаются куда-то дальше, и я отваживаюсь приподнять голову.
– Все живы?
– А черт его знает.
По голосу узнаю пятого номера.
– Вылезай давай, вроде закончилось.
– О господи!
По восклицанию понимаю, что кому-то досталось. За орудием на животе лежит Паша Акишев. Крупный осколок разворотил ему спину. Рана страшная, в ней видны ребра и легкое, но он еще жив. Даже не знаю, как к нему подступиться, и что делать с такой раной. Внутренний голос подсказывает, что лучше ничего не делать, с таким ранением выжить невозможно в принципе. Но просто ждать, пока он умрет, я тоже не могу.
– Пакет давай!
Ору только для того, чтобы прикрыть свою растерянность. Зубами рву упаковку индивидуального пакета и склоняюсь над раненым. Пытаюсь перевернуть на бок, а у него глаза открыты, он в сознании и что-то пытается сказать, на губах пузырится кровавая пена. Вроде прощения просит, не пойму за что. С трудом разбираю.
–…это я тогда особисту…
Закрываю Паше глаза, не могу в них смотреть, еще секунду назад в них теплилась жизнь. Я прощаю, и Бог, надеюсь, простит. На повозке орудия лежит третий номер, и он уже отвоевался. Левый бок и спина изодраны в клочья, под ним лужа уже застывшей на морозе крови. Орудию тоже хорошо досталось. Накатник пробит сразу в двух местах, в одну из дыр виден шток. По стволу как будто несколько раз прошлись тупой фрезой, механизм вертикальной наводки покорежен, а люлька испещрена следами мелких осколков. Слева от позиции, метрах в семи – воронка. Заряжающий уцелел чудом, установщик взрывателя в момент взрыва немецкого снаряда наклонился за очередным