Откровенные рассказы странника духовному своему отцу. Сборник
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Откровенные рассказы странника духовному своему отцу - Сборник страница 1
![Откровенные рассказы странника духовному своему отцу - Сборник Откровенные рассказы странника духовному своему отцу - Сборник Библиотека паломника](/cover_pre124761.jpg)
Автор этих рассказов остался неизвестным. Высказывались различные предположения. В числе возможных авторов называли и игумена Тихона, настоятеля одного из монастырей Нижегородской или Владимирской епархии, автора нескольких душеполезных книг, и оптинского старца Амвросия, и даже святителя Феофана Затворника Вышенского. Но никаких неопровержимых данных в пользу кого бы то ни было из них нет. Очень возможно, что это вообще неизвестный писатель, хотя и не лишенный литературного дарования и вкуса.
Кроме первых четырех «рассказов странника», в России в 1911 г. было издано (2-мя изданиями) дополнение к этим рассказам, найденное в бумагах известного оптинского старца, иеросхимонаха Амвросия. Эти новые – пятый, шестой и седьмой – рассказы были также переизданы отдельной брошюрой за границей в Русской церковной типографии во Владимировой на Словенску в 1933 г. В настоящем издании читатель имеет все семь рассказов, дополненные, как и раньше, тремя «ключами» для внутреннего молитвенного делания, составленными из творений известных отцов-аскетов.
В значительной степени успех этой книжки объясняется ее внешними качествами, вполне соответствующими и ее внутреннему содержанию. Излишне говорить, что часто стиль духовно-просветительной литературы, не подчинявшийся требованиям литературной критики и культуры, отталкивал от себя очень многих читателей, жаждавших религиозного просвещения. Книги духовно-нравственного содержания почему-то почти всегда писались особым, неприемлемым для литературного слуха языком, обильно уснащенным славяно-русскими оборотами, языком условным, приторно-елейным и потому легко кажущимся неискренним. Можно смело сказать, что при всем богатстве богословских трактатов и монографий первоклассной научной ценности русское общество, жаждавшее религиозного просвещения, было совершенно лишено книг, написанных вполне естественным языком, не режущим слух литературно-образованного читателя. Даже академические переводы святоотеческих творений, почти всегда выполненные профессорами высших богословских школ, зачастую страдали от этого искусственного приспособления к выработанному стилю духовных листков и брошюрок для народа. Пушкинскому языку почему-то закрыты были двери в эту область религиозной литературы.
«Рассказы странника» служат как раз счастливым исключением. Их автор сумел возвыситься над утвержденным уровнем духовно-нравственной письменности. Эта книга написана живым, народным и правильным русским языком. Конечно, она не чужда известной доли манерности; язык ее для нашего времени значительно устарел; он не свободен от примеси церковно-славянизмов; ритм и стиль кое-где не выдержан до конца. Но, в общем, эти детали никак не умаляют благоприятного впечатления от всего повествования странника. Это все не выдумано и не искусственно создано. Автор, безусловно, слышал этот говор, так сказать, с натуры. Он вполне вошел в этот распев и владеет им умело и уверенно.
Встает вопрос, принадлежат ли вторые три рассказа тому же автору, что и первые четыре? Странным кажется, почему только в 1911 г., после того как книга выдержала четыре издания и была широко распространена по всей России, вдруг были найдены последние рассказы.
Гораздо важнее этой внешней стороны внутреннее содержание книги. Это – путь странника по бесконечным дорогам, большакам и проселкам святой Руси; одного из представителей той «во Христе бродячей» России, которую мы так хорошо знали тогда, давно, давно… – России, которой теперь нет и которой, вероятно, никогда больше и не будет. Это те, кто от прп. Сергия шли в Саров и на Валаам, в Оптину и к киевским угодникам, заходили и к Тихону и Митрофанию, бывали и в Иркутске у святителя Иннокентия, доходили и до Афона и до Св. Земли. Они, «не имея пребывающего града, искали грядущего». Это те, кого манила даль и беспечная легкость бездомного жития. Оставив свой дом, они находили его в иноческих обителях. Сладости семейного уюта они предпочли назидательную беседу старцев и схимников. Крепкому укладу векового быта они противопоставили ритм монастырского богослужебного года с его праздниками и церковными воспоминаниями. Они кажутся нам теперь гораздо более близкими к бедняку из Ассизи или еще ближе к тем первохристианам, о которых древний автор написал: «Христиане населяют свои отечества, но как пришельцы; во всем участвуют, как граждане, но все терпят, как чужестранцы; всякая чужбина им – отечество, и всякое отечество – чужбина… Будучи во плоти, они не по плотскому живут; по земле скитаются, но на небе жительствуют» (так называемое «Письмо к Диогнету»).
И вот этот «по милости Божией человек-христианин, по делам великий грешник, по званию бесприютный странник», ночующий то у мужика-полесовщика, то у купца, или в захолустной сибирской обители, а то у благочестивого помещика или священника, ведет свой безыскусственный рассказ о своем странствовании. Ритм его напева легко захватывает читателя, подчиняет себе и заставляет слушать и поучаться. Обогащаться тем богатым сокровищем, которым владеет этот бедняк, не имеющий ничего с собою, кроме сумки сухарей, Библии за пазухой, да «Добротолюбия» в своей сумке. Это сокровище – молитва. Тот дар и та стихия,