Когда смерть – копейка…. Александр ВИН
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Когда смерть – копейка… - Александр ВИН страница 12
![Когда смерть – копейка… - Александр ВИН Когда смерть – копейка… - Александр ВИН](/cover_pre128944.jpg)
На старых чёрных камнях солнце удивительно чисто и ясно просветляло резные буквы: «Симеон Гордеевич… жена его Евдокия Феодоровна Гордеевы», «Корчевской купец Петр Степанович Субботин…, жития 73 г. Корчевская купчиха Екатерина Ивановна Субботина, жития 96.»
Виталик ползал по густой траве, рассматривая очередной приземистый могильный камень. Читая вслух для Глеба, не уходившего в заросли с чистого асфальта, он с трудом разбирал непривычные буквы старых надписей.
– «Юная роза… лишь развернула алый шипок… вдруг от мороза в лоне уснула. Свянул цветок. Милой моей дочери любящий отец. Города мещанин Иван Никитин Воробъев».
Виталик заполз за оборот камня.
– «Здесь покоится прах девицы Анны Ивановны Воробъевой. Родившейся 1853-го 7 ноября…, скончавшейся 1869-го 11 мая. Жи…, жития ей было 15 лет 6 месяцев и 5 дней».
– Смотри, смотри, Глебка! Девчонка ведь ещё совсем она была, от чего же так? От чахотки, наверно, раньше-то ведь, при царе, чахотка вроде была распространена в России очень… А родители-то, небось, как убивались по дочке-то своей! Вон какую махину отгрохали и надпись такая растроганная! Чего ты там застрял? Чего-то интересное нашёл?
Капитан Глеб молча стоял у высокой, в полтора роста, сильно покосившейся мраморной пирамиды. На чёрной полированной поверхности не было ни дат, ни фамилий, только короткая надпись. Виталик встал рядом с ним.
– Ну и чего тут?
– Смотри – «Младенец Лизанька 2 лет». Уверен, что у этих родителей горя было ничуть не меньше…
На всех могильных камнях, которые можно было рассмотреть с дорожки, не заходя на траву, были очень старые даты. Самые поздние – послевоенные. Глеб отметил про себя, что несколько надписей, сделанных в сороковые годы, расположены на неправильных, вроде, гранях больших гранитных монументов. Потом понял, что первоначальные тексты на фасадах этих камней были не очень аккуратно, но начисто сбиты.
…Выходившие из дверей храма люди не обращали на них внимания, как, впрочем, не особенно-то глядели при этом и друг на друга. Прихожане суетливо проходили по асфальту дорожек мимо, смотрели себе под ноги, шептали что-то знакомому попутчику рядом, на встречных даже не подымали глаз.
Мужик-косарь отвлекся от тщательного уничтожения остатков бурьяна и направился в дальнее здание, бревенчатое, солидное, но почти безоконное. Глеб посмотрел на него ещё раз тогда, когда тот возвращался с миской солёных огурцов, поверх которых лежали разнокалиберные куски чёрного хлеба, очищенные варёные яйца и перья зелёного лука.
– Уважаемый, а как бы нам всю эту красоту пофотографировать? Можно или у вас тут запрещается?
Мужичок перестал принюхиваться к содержимому своей миски и поднял равнодушные глаза на капитана Глеба.
– К батюшке, к батюшке всё это.… Как он благословит –