Три влечения Клавдии Шульженко. Глеб Скороходов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Три влечения Клавдии Шульженко - Глеб Скороходов страница 6
![Три влечения Клавдии Шульженко - Глеб Скороходов Три влечения Клавдии Шульженко - Глеб Скороходов](/cover_pre132680.jpg)
– А какой у вас голос?
Шульженко вспомнила свои домашние концерты, случайных прохожих, которые нередко останавливались под окнами, привлеченные пением, и уверенно ответила:
– Сильный!
Улыбнувшись, молодой человек объяснил, что речь идет о тональности, в которой собирается петь абитуриентка. После небольшого совещания удобный вариант был найден, и молодой человек объявил:
– Мы готовы!
О хлопцах, которым советовали распрягать коней и идти спать, Шульженко пела так, как пел ее отец тихими летними вечерами, когда и песня, кажется, не могла нарушить тишины синих сумерек. Голос ее звучал взволнованно и мягко, и песня, исполнявшаяся порой чуть ли не с присвистом, прозвучала как лирический рассказ о влюбленном украинском парубке, мечтающем встретиться со своей «дивчинонькой».
– Спасибо, – сказал Синельников, когда Шульженко кончила. – Как вас зовут?
Она представилась и спросила:
– А можно еще? Я могу прочитать басню.
– Басню не надо. Сколько вам лет?
– Семнадцать, – соврала Шульженко и исправилась, смутившись, – скоро исполнится…
Николай Николаевич явно что-то обдумывал и, решившись, вдруг предложил:
– Давайте-ка попробуем сделать этюд.
– Давайте, – согласилась Шульженко, не представляя, что это такое.
– Этюд называется «Ревность». Наши актеры помогут вам. Представьте себе бал. Вы пришли в радостном настроении, мечтая встретить здесь любимого. И вдруг среди танцующих замечаете его с другой. Ревность охватывает вас. Что такое ревность знаете? – внезапно спросил он.
– Знаю. Я читала «Отелло», – показала Шульженко свою образованность. – Он задушил Дездемону.
– Ну, до этого дело у нас не дойдет, – улыбнулся Синельников. – Вы должны продемонстрировать ревность в манере держаться, в том, как смотрите на любимого, владеете веером. – И распорядился: – Дайте девочке веер, бутафоры!
«Раздались звуки вальса, и этюд начался, – вспоминала Клавдия Ивановна. – Как я ревновала, сказать не могу. Помню только, что веер так и ходил ходуном у меня в руках, а когда я приблизилась к артисту, назначенному мне возлюбленным, он в страхе отшатнулся. От досады я с размаху хлопнула веером по ладони, и в ту же минуту он рассыпался на десяток планок. Не знаю отчего, но я расплакалась.
– Успокойтесь! – закричал Синельников. – Вы приняты!
Много лет спустя, уже после войны, меня пригласила к себе Зара Левина: она хотела показать свое новое сочинение. Кажется, это был романс «Если вы были влюблены». Мы прослушали его раз-другой и стали обсуждать текст: что-то там нам не понравилось. А жара стояла страшная. Зара достала веера – себе японский, мне страусовый, – их у нее было десятка два, не меньше. И тут я неожиданно вспомнила театр Синельникова:
– С таким веером я держала первый экзамен на актерство!
И рассказала