Журавлик по небу летит. Ирина Кисельгоф
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Журавлик по небу летит - Ирина Кисельгоф страница 15
![Журавлик по небу летит - Ирина Кисельгоф Журавлик по небу летит - Ирина Кисельгоф](/cover_pre136477.jpg)
– Да, – протянула я и отодвинулась подальше.
– Знаешь, что было, когда мой муж не явился первый раз ночевать? Ни-че-го! После восемнадцати лет вместе он наконец выяснил, что я не любовь всей его жизни. И объяснил это своим друзьям, чтобы получить разрешение на внебрачную связь. И они дали ему индульгенцию в одну секунду. Их даже не нужно было упрашивать! Его друзья нравственные или нет? Что скажете, борцы за нравственность? Или борьба за нравственность – это ваша служебная обязанность, а в жизни вы раздаете грешникам индульгенции направо и налево? Всем, кто попросит?
– Я не борец за нравственность, – осторожно сказала я. – Даже наоборот. И я не давала никаких индульгенций. – Я подумала и зачем-то добавила: – Никому не давала.
– А надо было! – крикнула Бухарина. – Даже в случае потенциальной измены вы были бы квиты. Упреждающий удар – залог морального удовлетворения в тяжком будущем!
– А как же мышкины слезки?
– Это наши мужья – мартовские коты, а мы по жизни демисезонные мышки! Троцкий в поте лица желал жену ближнего своего! А моя жизнь покатилась под откос под аккомпанемент моей высокой нравственности. На черта она мне облокотилась? – Бухарина уронила голову на руки и зарыдала.
– Слава богу, теперь у тебя есть Савельев. – Я деликатно погладила ее по плечу. – Когда вы снова встречаетесь?
– Я и не собираюсь с ним встречаться! – вскипела Бухарина и сбросила мою руку. – Савельев – это тест. Понятно?
Я уткнула глаза в стол. У меня действительно не было слов, но какие мысли! В этом нелепом четырехугольнике Савельев оказался виртуальным углом. Он играл роль теста. И все!
Из всего вышеуслышанного я вывела важное умозаключение. Все мужчины – тест. Кто-то сдает его с первого раза, кто-то – никогда. Кому как повезет. Мне – повезло?
Лиза
Сашка и Мишка отыскали павильон, оставшийся от старого, заброшенного рынка. Павильон был расписан граффити в четыре уровня. А я нашла свою стену и показала им. Моя стена выросла выше голов из старого темно-красного кирпича, сшитого грубыми, серыми швами. В стене зачем-то вырубили арки, а потом заложили их кирпичами в ранах и выбоинах, как в следах пуль. Так у нее получились двери, которые никуда не вели. Вдоль молчаливой стены дребезжали редкие трамваи, похожие на машины времени из далекого прошлого. За такой стеной обязательно должна была скрываться тайна.
– Что за ней? – спросила я.
– Стадион, – ответил Мишка.
– Не может быть, – не поверила я. Старая стена казалась больной и старой и никак не вязалась с культовым местом здоровья и спорта.
– Пойдем, увидишь.
Они схватили меня за руки, и мы побежали. Старая стена обогнула один квартал, потом второй, и мы оказались у частокола чугунных пик. За ними стучали клюшками хоккеисты. Я тогда почувствовала разочарование: