Головы моих возлюбленных. Ингрид Нолль
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Головы моих возлюбленных - Ингрид Нолль страница 14
![Головы моих возлюбленных - Ингрид Нолль Головы моих возлюбленных - Ингрид Нолль](/cover_pre143810.jpg)
И снова Корнелия принялась его допытывать:
– А вы потом женились во второй раз?
Хотя она не могла не знать – мои родители так и не развелись.
– Нет, нет, – сказал он, – Карин – она медсестра, очень энергичная женщина и без всяких предрассудков. Теперь, когда я состарился и мне нужна помощь, она меня покинула.
– Папа, – спросила я, набравшись храбрости, – а ты помнишь, как называл меня инфанта Майя?
– Какая такая инфанта? – переспросил он и поковырял спичкой в ухе. – Откуда у нас возьмутся инфанты? К слову сказать, Карин была не моложе твоей матери. Даже на год старше.
Ну какое мне было дело до этой дуры Карин?
– Папа, – умоляющим тоном продолжала я, – я говорю про Веласкеса.
– Веласкес? Если мне не изменяет память, он писал испанский двор, инфант, конечно, боже мой. А ты-то откуда это взяла? Я не эпигон.
Эти слова доказали мне, что он совсем позабыл свою маленькую дочь.
Кора тем временем заворачивала картину.
– Если Майя не хочет, я сама ее возьму.
Отец молча кивнул. У него и мысли не возникло, чтобы сохранить портрет для себя. Мы попрощались. На другой день мы собирались ехать домой. Многое я так и не смогла прояснить и узнать, просто к старым тайнам добавились новые. Обиженная и разочарованная, я протянула отцу руку.
– Ну, тогда привет, – сказал он.
Глава 4
Персиковый
Родителей можно ненавидеть, а можно идеализировать. Родители Коры представляли собой полную противоположность моим – до такой степени, что казались мне лишенными малейших признаков подлости и будничной усталости друг от друга, казались символом современных партнерских отношений. Отец у меня был алкоголик, мать страдала депрессией – то ли она страдала из-за него, то ли он из-за нее начал прикладываться к бутылке. Как бы то ни было, на пути своего рокового развития они подталкивали друг друга.
Весной во Флоренции порой идут проливные дожди. Из автобуса сложно разглядеть всю красоту этого города – потоки грязной воды струями бегут по стеклу. Быть может, сравнение их со слезами, которые льются из моей грязной души, покажется не очень оригинальным, но оно снова и снова приходит мне на ум.
В такие хмурые дни я вспоминаю, как мы возвращались из Гамбурга в Гейдельберг. Когда мы уже сидели в вагоне и родственники Коры кивали нам с видом явного облегчения, мне казалось, что у меня начинается грипп. Я так и не заболела, но мое внутреннее бессилие и плаксивость вполне походили на предвестников болезни. Мы говорили о моем отце, правильнее сказать, Кора говорила, а у меня не было сил развивать собственные теории.
– Ты расскажешь Карло о том, что мы у него были, конечно, не упомянув ни единым словом наш выигрыш в лото?
Я пришла в ужас.
– А вот это не его собачье дело.
Хотя, с другой стороны, мне показалось заманчивым, что теперь я знаю больше, чем брат, могу подробным