Дешёвый товар. Инна Тронина
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Дешёвый товар - Инна Тронина страница
![Дешёвый товар - Инна Тронина Дешёвый товар - Инна Тронина Время перемен](/cover_pre163963.jpg)
Андрей думал, что он и тут особенный – едет сразу к двум жёнам. За подкладкой чёрно-лиловой блестящей куртки Озирский нёс небольшую стеклянную баночку с суриком, а в глубоком кармане на джинсах – кисточку. В руках он тоже держал большой букет вербных веток, которые наломал на другом конце города – в Красном Селе. С начала марта именно туда каждый день Андрей ездил, чтобы исполнять обязанности участкового инспектора.
Полковник Горбовский и подполковник Петренко наперебой уверяли его, что это временно – только чтобы поутихла буря. Как Андрей и предвидел, после окончания охоты на людоедов по головке его не погладили. Конечно, из органов такого классного сотрудника никто увольнять не собирался, но показательную порку ему всё-таки решили устроить. Чересчур много возомнившего о себе капитана посоветовали отправить на «землю», чтобы он там немного подрастратил свою молодецкую силушку.
– Ничего, ему полезно охолонуть немного, – раздражённо сказал Горбовскому его начальник-генерал. – Он ведь сразу в Главк попал, на «земле» не работал, портянку не нюхал. Вот пусть пока разбирает пьяные драки, собачится с мелкотравчатой гопотой, слушает скучающих пенсионерок. Когда гонор с него слетит, можно возвращать обратно. И хватит на каждом углу твердить, что на Озирском свет сошёлся клином…
Кстати, московский инцидент тоже не прошёл даром. В газеты, как и обещал генерал, ничего не просочилось, но зато рапорт в питерский Главк прислали с нарочным. Это и оказалось последней каплей, которая переполнила чашу терпения начальства. Из Красносельского района то и дело приходили плохие вести. Сложный с криминогенной точки зрения участок как раз остался без инспектора, и хулиганьё окончательно отвязалось. Жители окрестных домов уже боялись светлым вечером выходить на улицу, жаловались, куда только можно. Вот тогда и возникла идея поручить Гераклу с Литейного навести порядок в Красносельских «авгиевых конюшнях».
Сославшись на то, что нужно помогать коллегам на местах, Андрея препроводили к парку «Сосновая Поляна», где постоянно тусовались самые настоящие разбойники. Как всегда, капитан долго не унывал. Он сказал себе, что никогда не лишне поправить здоровье, подышать морским воздухом с Финского залива, погулять по весеннему лесу. Кстати, до петергофских и павловских красот здесь было гораздо ближе…
В церкви святого Серафима было много народу. В полумраке теплились огоньки бесчисленный свечей, шевелились вербные ветки, слышался шёпот. Пахло ладаном и свежим древесным соком, который так благоухает только по весне. Андрей ещё около могилы Елены вытер пальцы растворителем, полюбовался на выкрашенную серебрянкой оградку и невысокое, снежно-белое надгробье с золотым крестом. Луч вечернего солнца упал на могилу, осветил написанные на мраморе слова:
Под этими строками сверкала позолотой одинокая сломанная роза. Рядом темнело базальтовое надгробие родителей Лены, на котором позже было выбито имя их родственницы. Семья Судаковых имела здесь фамильный склеп – только под открытым небом.
Андрей оставил у могилы вербные ветки в стеклянной банке с водой, посидел немного на солнышке, от которого вкусный весенний воздух становился желтоватым. Апрель получился непогожий. Зима как будто бросилась навёрстывать упущенное – редкий день обходился без снегопада и ледяного ветра. Бурным, шквалистым и холодным выдалось Благовещенье. А вот сегодня весна хоть на один день, да показала, что природу не обмануть, и тепло придёт в свои сроки.
Ступая по хрустящим веткам и полусгнившим кучам прошлогодних листьев, Озирский жалел, что надел бело-голубые кроссовки. Стараясь не пачкать обувь, он выбрался на аллейку, ещё раз оглянулся туда, где стояла развесистая берёза с грачиными гнёздами. Там нашла безвременный, а оттого нежеланный покой жена, которой теперь, наверное, очень мешали крикливые птицы. Потом Озирский повернулся и пошёл к небольшой деревянной церкви.
Взяв из стопки две неровно вырезанные бумажки, Андрей карандашом нарисовал на каждой крест и написал имена тех, кого желал помянуть в молитве – живых и ушедших. Очередь двигалась медленно, и Озирский, чтобы не нервничать, постарался отвлечься на посторонние мысли. Того чувства, что обуревало душу при посещении храма раньше, не было. Мягкий, потаённый свет окладов, огненные точки свечей, сосредоточенные лица, взмахи рук, тёмные платки на головах женщин, непривычно тихие и серьёзные дети заставили Андрея ощутить неземной покой. Ему захотелось сейчас же заснуть, забыть про все свои невзгоды и как можно дольше не выходить из благовонного полумрака под пронзительное голубое небо, в прозрачный вечер, придымленный костерками из кладбищенского мусора. Буйная весна показалась ему теперь безвкусной, яркой, как размалёванная шлюха.
С понедельника, двадцатого апреля, Озирский числился в отпуске. Начальник Красносельского РУВД пошёл