члены партии коммунистов без разбора того, честен он или вор, друг он народа или только притаившийся паразит, вошедший в партию только для того, чтобы пожить на счет бедняка—крестьянина. Идите же к нам, помогите нам и мы вас спасем и освободим от всех зол и бед, которые вы переносите все это время. Мы такие же работники и трудовики, как и вы, мы ваши дети и сыновья, нам больно слушать ваши стоны, нам больно видеть ваши страдания, которым нет конца и мы пришли избавить вас от всего этого… Идите добровольцами в наши ряды, давайте нам хлеба, фуража и подводы, посылайте к нам ваших сыновей, которых называют дезертирами, и мы их примем как родных братьев, потому что эти люди ушли из армии, ибо они не знали цели – для кого и для чего лить свою и чужую кровь, они слышали только одни красивые слова, красивые хорошие обещания, но на деле видели насилие, произвол и унижение человека, и они ушли из рядов, не желая служить пушечным мясом для благополучия и наживы отдельных личностей. С нашим же приходом эта цель явилась, мы вооружили их, и они пойдут с нами защищать вас, наши дорогие страдальцы – отцы и братья… Своими же действиями мы заявляем вооруженный протест нового господствующего класса против новой советской буржуазии, негодных личностей, которые прикрываются маской коммунистов и защищаются этой партией, хотя бы они и были подлецы. Мы хотим заставить правительство прислушаться к нашему голосу и вашему стону, увидеть те тюрьмы и места заключения, битком набитые нами и изменить политику в образе правления страной. Если это правительство действительно народная власть, то она и поймет нас, и услышит, и облегчит нашу жизнь, если же она не послушает нас, то это правительство не желает добра народу и потакает врагам его и последствия за дальнейшую борьбу падут на него. Мы же берем на себя защиту вас, наши отцы и братья, и вы надейтесь на нас, ибо мы оправдаем ваши надежды. Идите к нам и помогайте нам. Мы ждем вас, родные отцы и братья» [3].
Восстание Сапожкова стало катализатором крестьянского протеста, однако осталось локальным явлением: в большинстве своем сапожковцы были уроженцы тех мест, где они оперировали. Повстанческий отряд Сапожкова действовал в Заволжье до начала осени 1920 г. 6 сентября 1920 г. у озера Бак—Баул в Астраханской губернии он был разбит отрядом Борисоглебских кавалерийских курсов, а сам Сапожков убит.
Сапожковщина со всей очевидностью выявила характерное явление: в 1920 г. в сознании трудового казачества и крестьянства утвердилось настроение о происходившем перерождении советской власти в результате постепенного захвата ее учреждений бывшими угнетателями (помещиками, кулаками, чиновниками). В народной среде распространилось мнение, что учреждения советской власти и ее органы на местах становятся сосредоточением взяточников, спекулянтов, мародеров, пьяниц, саботажников. Основания для подобных рассуждений имели место: по оценкам органов ВЧК, на местные