Повороты судьбы. Повесть о большой любви. Галина Вервейко
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Повороты судьбы. Повесть о большой любви - Галина Вервейко страница 3
![Повороты судьбы. Повесть о большой любви - Галина Вервейко Повороты судьбы. Повесть о большой любви - Галина Вервейко](/cover_pre191084.jpg)
После ежедневных экзерсисов им ещё приходилось десятой дорогой обходить буфет, поскольку та же самая их «классичка» – Светлана Николаевна – постоянно караулила их у дверей и за каждую съеденную ими булочку снимала «десять шкур» на уроке, требуя безукоризненного выполнения классических упражнений. Но для Оли эта спартанская жизнь была счастьем, она была влюблена в уроки танца и работала до изнеможения.
Светлану Николаевну раздражали «деревенские» бантики и причёски девчонок, пояски на купальниках, которыми они пытались подчеркнуть талию, и вообще – всякая пестрота. Она костерила своих учениц в хвост и в гриву, обзывала «деревенщиной». И буквально за неделю-две все они стали как будто на одно лицо: с одинаковыми классическими дульками, во всём чёрном, словно какие-нибудь монашки.
Владимир Алексеевич тоже внёс лепту в их воспитание: когда кто-нибудь из девчонок приходил на урок с не очень опрятным видом, со складками на колготках, он говорил:
– Мне, как мужчине, конечно, неудобно это говорить вам, но что это у вас за колготки? Французские женщины носят их без единой морщинки и говорят: «Лучше пять морщинок на лице, чем три складки на колготках!»
Забитые, с испуганными глазами первокурсники с интересом наблюдали за жизнью выпускного курса. В отличие от них, старшекурсники ходили уверенной походкой, вольно вели себя в училище и свободно разговаривали с преподавателями, то и дело перекидываясь с ними репликами и шутками. На первокурсников смотрели с превосходством, называя их «букварятами».
Глава 3. На уборочной
Вскоре весь первый курс «загремел под фанфары» на уборку урожая. Девчат-танцорок увезли на дальнее отделение совхоза «Сибиряк» – в село Улендыкуль Исилькульского района. Здесь им выделили большую комнату в деревянном доме, бывшем когда-то школой. В углу стояла круглая печка, а вдоль стен – раскладушки. В соседней маленькой комнатушке поселился их временный куратор – преподаватель оркестрового отделения КПУ. Он был какой-то неопределённой национальности, с именем, которое девчата никак не могли запомнить и выговорить. И, обращаясь к нему, предварительно читали по бумажке: Избер Эсседулаевич.
Он им совсем не мешал, в дела девчат никогда не вмешивался, даже тогда, когда местные парни атаковали девчонок по вечерам, осаждая их «крепость», кидая им в окна картошку (наверное, вызывая их таким образом, на свидание). Избер Эсседулаевич был увлечён только своей игрой на трубе, занимаясь часами в своей комнате, а девчата, собравшись у себя вечером, весело пели за стенкой:
Мы сначала и не знали,
И не верили себе,
Что у нас сосед играет
На кларнете и трубе:
Пап-пап, па-да-ба-пап-пап…
Вскоре