Самая страшная книга. Лучшее (сборник). Александр Матюхин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Самая страшная книга. Лучшее (сборник) - Александр Матюхин страница 1
![Самая страшная книга. Лучшее (сборник) - Александр Матюхин Самая страшная книга. Лучшее (сборник) - Александр Матюхин](/cover_pre218281.jpg)
«Самая страшная книга: Лучшее» – это то самое «переиздание, которых не случается», по определению не должно быть у антологий-ежегодников. Но мы тут, знаете ли, пишем хоррор, то есть имеем дело с мрачными выдумками. Воплощаем на бумаге пугающие идеи, фантазируем о всяческой жути. А мир фантазий границ не имеет, даже если это весьма зловещие мечтания.
Мы отобрали шестнадцать замечательных историй, опубликованных в ежегодниках ССК за последние четыре года. И добавили еще несколько отменных рассказов от хорошо известных и любимых нашими постоянными читателями авторов. «Лучшее» – отличный способ познакомиться с серией ССК для тех, кто узнал про нас недавно и уже не найдет в продаже первые тома. А также, надеюсь, это прекрасный подарок вообще всем ценителям отечественной хоррор-литературы по случаю грядущего юбилея: ведь следующая, «Самая страшная книга 2018», станет нашей уже пятой по счету ежегодной антологией.
За эти пять лет я, наверное, раз двадцать, если не больше, писал предисловия и послесловия к разным книгам, хорошим и не очень (надеюсь, первых все-таки было больше). Но, кажется, еще никогда я не был так краток, как сейчас. И знаете что? Я рад, что могу помолчать. Потому что истории, собранные в «ССК: Лучшее» – в большинстве своем сочинения уже не новичков, но опытных, вполне состоявшихся авторов. Которые прекрасно умеют говорить сами за себя.
Послушайте… Какие глубокие, сильные голоса!
Сейчас они поведают вам о страшном.
Владимир Кузнецов
Рассказом «Навек исчезнув в бездне под Мессиной…» писатель и музыкант Владимир Кузнецов ярко дебютировал в «Самой страшной книге 2014».
Рассказ был настолько хорош, что едва не отхватил премию «Книга года» портала «Фантлаб» в номинации «Лучшая повесть/рассказ отечественного автора».
В дальнейшем Кузнецов повторил свой успех с новеллой «Тетраграмматон» («Самая страшная книга 2016»), другие произведения автора были опубликованы в антологиях «13 маньяков», «Хеллоуин», «Темные», «13 ведьм».
В 2016 году роман «Ртуть и соль» стал лауреатом премии «Рукопись года» и был издан в серии «Историческая фантастика. Эпоха империй».
Навек исчезнув в бездне под Мессиной…
Дождь. Четвертые сутки подряд небо затянуто тяжелыми, низкими тучами, превратившими день в бесконечные, давящие сумерки, а ночь – в непроглядную, как бочка с дегтем, пропасть. Огонь светильников и костров бессилен справиться с влажной, густой темнотой. Он вырывает из нее небольшие куски, в которые силятся уместиться промокшие, усталые люди. Темнота и вода вездесущи.
Райен Джей Виккерс, командир туннельного взвода Королевского Инженерного Корпуса, с тоской поглядел себе под ноги. Пол офицерского блиндажа, в котором он находился, размок настолько, что ботинки по щиколотку утопали в жидкой, глинистой грязи. Грязь источала отвратительный одор солоноватой болотной гнили. Огонек свечи, стоящей на столе, беспокойно дрожал, тревожимый вездесущими сквозняками. Свет, который он давал, был слабым и обманчивым, и Райену приходилось щуриться и низко склоняться над бумагой, чтобы различать выводимые пером буквы.
Едва слышимый сквозь футы земли, бетона и бревен, слуха Виккерса коснулся противный гудящий свист. Лейтенант еще ниже наклонился над столом, вжав голову в плечи и прикрыв грудью небольшой лист бумаги, над которым трудился. Тяжело громыхнуло, деревянная обшивка стен блиндажа заскрипела, с потолка посыпало мелкой влажной крошкой.
Когда вибрация стихла, Райен распрямился и продолжил писать. Буквы выходили кривые и неровные – руки, замерзшие и привыкшие к грубой работе, отказывались выводить их каллиграфически правильно.
«Милая Дженни.
Уже второе рождество я встречаю в окопах. Немногие здесь могут похвастаться таким сроком, а те, кто мог бы, – предпочтут смолчать. Мы стараемся не думать о том, в каких условиях оказались и что нам приходится терпеть – иначе можно сойти с ума. Я не хочу тебя обманывать, рассказывая, как делают другие, что нам здесь живется неплохо. Думаю, категории «плохо» или «хорошо» в применении к фронту совершенно неуместны. Дни, проведенные здесь, измеряются иными понятиями, чуждыми тем, кому с Божьего благословения повезло не попасть сюда.
Кажется, что за два прошедших года в войне не произошло совершенно никаких сдвигов. Военная мощь гуннов неистощима, каждую нашу атаку встречает контратака, ничуть не слабее, а часто – гораздо более сильная. На любое изобретение нашего командования они отвечают быстро, перенимая его или выдумывая