Советы одинокого курильщика. Тринадцать рассказов про Татарникова (сборник). Максим Кантор
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Советы одинокого курильщика. Тринадцать рассказов про Татарникова (сборник) - Максим Кантор страница 17
![Советы одинокого курильщика. Тринадцать рассказов про Татарникова (сборник) - Максим Кантор Советы одинокого курильщика. Тринадцать рассказов про Татарникова (сборник) - Максим Кантор](/cover_pre21900.jpg)
– Предупреждаю, я буду настаивать на принципе двоичности! – сказал Волобуев. – Народ и правительство, бизнес и прогресс, вера и власть.
– Водка и огурец, – добавил Татарников. – Что действительно приятно, дорогие коллеги, так это то, что вечером опять сядем на поезд. Если к вам попадем, Сева, вы уж мои штаны не трогайте, ладно? Государева служба – понимаю, но мои штаны оставьте в покое. Обойдется государство без моих штанов.
Мы вышли на перрон, вдохнули сырой питерский воздух, один лишь доцент Волобуев задержался в тамбуре, и я услышал обрывки его разговора с Севой.
– А странички-то мои где?! – кричал Волобуев. – Странички из органайзера! Украли рукопись – так верните!
– Нету их у меня, – басил Сева.
– Штаны вернули, очки вернули! Рукопись теперь верните!
– Не могу вернуть, простите.
– Как это?! – ахнул Волобуев. – Передали по инстанции?
– Так не довез я странички до станции, туалетная бумага у нас в вагоне кончилась.
– Что?! – и судорога исказила черты Волобуева. – Вы подтерлись планом преобразования России?!
Ничего не ответил проводник поезда «Москва– Петербург». Стоял Сева смущенный, глядел в сторону.
– Подтерлись… Вы хоть заглянули в странички? Вы хоть помните, про что там было написано? – Ну, посмотрел… Невнимательно, конечно… Сами понимаете, вагон качает, сидишь на корточках…
– Эх! – за голову схватился доцент. – Люди российские! Вы хоть скажите – там про земства было?
– Вроде было, – почесал затылок Сева, – а может, не было… Нет, не заметил… Занят был.
Русский траппер
Мы приехали на место происшествия – Гена Чухонцев, следователь, и я, репортер. Тряслись два часа по колдобинам, но все же дорулили до тихой заводи – река Клязьма делает здесь волшебный изгиб, образуя укромнейшую заводь, скрытую от глаз. Да и откуда взяться глазам – никаких соглядатаев тут быть не может. Так, пара деревень окрест, да уж практически вымерли те деревни, кто там остался? Безумные бабки да спившиеся подростки, и те наперечет. Кривые домишки, гнилые бревнышки, сорняки в огороде; тоска, обыкновенная русская тоска. И сетовать не приходится, что доживают эти деревеньки свой век, – всему приходит конец. Скоро снесут на погост бабок, сопьются мужики, заколотят их в гроб, зарастут лопухами хибары – и все, поминай как звали русскую деревню.
Вот с другой стороны реки, там да, угодья лучших людей страны, такие стоят замки, что раз увидишь архитектуру – уже не забудешь, сниться станут те сооружения. Там у них заборы по четыре метра высотой, корабельные сосны по сорок метров, хоромы в шесть этажей. Но на этих угодьях и вовсе некого найти, чтобы смотрел на реку, – некому здесь любоваться водными просторами, хозяева появляются редко. Живут они большую часть года