Царь-Север. Николай Гайдук
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Царь-Север - Николай Гайдук страница 19
![Царь-Север - Николай Гайдук Царь-Север - Николай Гайдук](/cover_pre234204.jpg)
– Северьяныч, – улыбался конопатый, глядя поверх очков, – это вроде бы как… настоящий, северный человек.
– А ты сомневался?
– Нет, но когда увидишь документ, – отшучивался мастер, – доверия все-таки больше.
Храбореев поймал на слове:
– Если доверия больше, так и денег должно быть побольше.
– Так-то оно так. Можно было бы вас, Северьянович, по ставить старшим в вашей смене, но… – Конопатый сквасился и развел руками. – Вы вот, например, не партийный.
– А я вступлю! – пообещал Храбореев. – Мне что в партию вступить, что в г…
Мастер сделал вид, что не услышал богохульства.
– Да к тому же, говорят, вы неженатый.
– Брешут! Я – неоднократно холостой, – сообщил Храбореев.
Мастер снова поглядел поверх очков.
– Первый раз такого вижу…
Ему, «неоднократно холостому», несладко приходилось без жены. Всё думал, всё надеялся Марью подтянуть на Север. Она была не против, только жить, увы, негде. Насчет квартиры – глухо. Сам Северьянович кантовался в балках, вагончиках. Даже в туристических палатках – летом в тайге. Деньги он регулярно Марье высылал. Письма изредка царапал. Напоминал о Москве, о клинике, в которой надо подлечиться. Но Марье было некогда – пропадала в школе. И Храбореев стал понемногу злиться на неё: «Что тебе – школа дороже? Или здоровье? Годы уходят. Скоро вообще родить не сможет».
Душа у него остывала к Марье. Может, Север остужал любовь, а может… трудно разобраться. В общем, стал он присматриваться к незамужним девицам. А холостячки на Севере – к мужикам присматриваются. Так что там – кто кого «переприсмотрит». Игра для взрослых.
Шальные деньги позволяли нефтяникам и газовикам так «газовать» – северному небу временами жарко становилось. Храбореев и сам не заметил, когда у него изменилось отношение к деньгам. Сорил во хмелю – как бумагой.
Бабником он не был никогда, поэтому нервничал, когда знакомился. Балагурил, старался казаться бывалым, тертым. Все ему нипочем, все «до фени и до фонаря». А у самого под жидкой бороденкой (недавно обзавелся) румянец помидором созревал. Трезвому было нелегко, а то и бесполезно заводить знакомство. А когда маленько засандалит – совершенно другой коленкор.
Будучи буровиком, он как-то забурился в ресторан «Простор». Увидел чернобровую молодую буфетчицу. Приободрился.
– Куколка! Дай мне курятины. – Глазами на витрину показал.
– Какой курятины?
– Цыпленка-табака.
Буфетчица уставилась на него – как на новые ворота.
– Курево, что ли?
– Люблю догадливых! – Он откровенно рассматривал смазливую бабенку. Румяная. Сдобная. Жаром так и пышет, как деревенская печка, от которой пахнет щами и оладьями.
Северьянович был «ужаленный» стаканом чистого спирту.
Смелый.