Константин Леонтьев. Ольга Волкогонова
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Константин Леонтьев - Ольга Волкогонова страница 41
В Москве Леонтьев взял извозчика, хотя в карманах не было ни копейки. За него заплатили родственники, когда он приехал в дом к Охотниковым. Здесь он и поселился, пытаясь выстроить свою дальнейшую жизнь и судьбу.
Глава 4. Сельская жизнь
Чем больше развивается человек, тем больше он верит в прекрасное, тем меньше верит в полезное.
Москва встретила Леонтьева не радостно. Он отчаянно нуждался, потому главным делом были поиски места, чтобы обеспечить деньгами себя, постаревшую Феодосию Петровну, Лизу. К тому же, московский воздух пробудил воспоминания о Зинаиде Кононовой. В одном из писем к матери Леонтьев не только мягко упрекал ее за то, что она помешала ему жениться на Зинаиде, но и признавался, что готов жениться на бывшей возлюбленной и спустя эти годы, если бы она оказалась вдруг вдовой… Зинаиды в Москве в то время не было, что помогло побороть искушение увидеть ее. А когда через несколько лет бывшие возлюбленные встретились, Зинаида имела детей, привыкла к мужу и была вполне довольна своей жизнью. Говорить им было уже не о чем, – они стали посторонними.
Подыскивая службу, Леонтьев обратился к профессору Иноземцеву. Тот бывшего студента прекрасно помнил, советовал ему остаться в Москве, обещал свою помощь. Но Леонтьеву очень хотелось получить место в деревне: как и герой своего незаконченного романа «Булавинский завод», он мечтал покинуть суетливый город: «Так как я сам был тогда все в беспокойстве, в Sturm und Drang[149], то все, что располагало к спокойствию, к здоровью, тишине и постоянству – мне нравилось. Деревня, одиночество, мирный брак или простая «гигиеническая», невзыскательная любовница, должность сельского врача, молоко, осенняя тихая погода»[150]. Ему было нужно спокойствие и время для литературы, раздумий, осмысления произошедшего с ним в Крыму. Кроме того, опять болела грудь, – сельский воздух помог бы поправить здоровье. Были и другие резоны для отказа от московской жизни: «Я хотел быть на лошади… Где в Москве лошадь? – Я хотел леса и зимою: – где он? Я хотел многого…»[151]
Существовали и эстетические соображения: в деревне он был бы окружен «народом», а кругом его общения стали бы богатые помещики («знать») – эти два полюса российской жизни вполне устраивали молодого человека. В Москве же он поневоле оказался бы посередине – среди небогатых и неживописных литераторов и профессоров, зарабатывающих себе на хлеб упорным трудом. Посередине Леонтьев никогда быть не хотел! Красивого и богатого Тургенева в Москве тогда не было, Фет («улан лихой, задумчивый и добрый») только собирался переехать в Москву после своей женитьбы, а остальные знакомые литераторы не слишком ему импонировали: «Панаев и Некрасов оба были отвратительны и т. д. <Гончаров тоже epicier
148
Там же.
149
Буря и натиск (
150
Леонтьев К. Н. Моя литературная судьба. С. 50.
151
Леонтьев К. Н. Моя литературная судьба. С. 70.