Всадники ниоткуда. Рай без памяти. Серебряный вариант (сборник). Александр Иванович Абрамов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Всадники ниоткуда. Рай без памяти. Серебряный вариант (сборник) - Александр Иванович Абрамов страница 65
![Всадники ниоткуда. Рай без памяти. Серебряный вариант (сборник) - Александр Иванович Абрамов Всадники ниоткуда. Рай без памяти. Серебряный вариант (сборник) - Александр Иванович Абрамов Всадники ниоткуда](/cover_pre238310.jpg)
– Если бы ты знал, Юра, сколько еще тугодумов в науке, давно потерявших право называться учеными! – говорил Зернов. – Конечно, были и вдумчивые речи, и оригинальные гипотезы, и смелые предложения. Но Томпсон сбежал после первых же заседаний. «Тысяча робких старичков ничего стоящего не придумают», – объявил он атаковавшим его репортерам.
Из всех участников конгресса он пригласил в экспедицию только Зернова, присоединив к нему весь экипаж нашей «Харьковчанки» плюс Ирину. «Вместе начинали, вместе продолжим», – сказал он Зернову.
– Я не начинала, – вмешалась Ирина.
– Зато продолжили.
– Где?
– Все той же ночью в отеле «Омон».
– Не понимаю.
– Спросите у Анохина. Он вам кое-что расскажет.
– О чем? – встревожилась Ирина.
– Что вы не вы, а ваша модель, созданная «облаками» в ту же злополучную ночь.
– Бросьте шутить, Борис Аркадьевич.
– Я не шучу. Просто Анохин и Мартин видели вас в Сен-Дизье.
– Не ее, – вмешался я, – вы забыли.
– Не забыл, но предпочел не рассказывать.
Сразу же возникла тревожная пауза. Ирина сняла очки, машинально сложила и снова раскрыла их золотые дужки – первый признак ее крайней взволнованности.
– Теперь я понимаю, – упрекнула она Зернова, – что вы и Мартин от меня что-то скрывали. Что именно?
Зернов и сейчас увильнул от ответа:
– Пусть Анохин расскажет. Мы считали, что это право принадлежит только ему.
Я ответил Зернову взглядом, подобным удару шпаги Бонвиля. Ирина оглядывалась то на него, то на меня в состоянии полной растерянности.
– Правда, Юра?
– Правда, – вздохнул я и замолчал.
Рассказывать ей о том, что я видел в офицерском казино в Сен-Дизье, надо было не здесь и наедине.
– Что-нибудь неприятное?
Зернов улыбался. Пауза длилась. Поэтому я даже обрадовался, услышав знакомый скрип двери.
– Самое неприятное начнется сейчас, – сказал я, кивая на открытую дверь, в которую уже входил мой белый ангел со шприцем. – Процедура, какую даже друзьям лицезреть не положено.
И целительная терапия профессора Пелетье снова низвергла меня в бездонную пучину сна.
26. Конгресс
Я выбрался из нее только утром, сразу вспомнил все и разозлился: предстоял еще день больничного заключения. Появление белого ангела с сервированным на движущемся столике завтраком мне не доставило утешения.
– Включите радио.
– У нас нет радио.
– Достаньте транзистор.
– Исключено.