Счастье-то какое! (сборник). Алексей Слаповский
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Счастье-то какое! (сборник) - Алексей Слаповский страница 13
![Счастье-то какое! (сборник) - Алексей Слаповский Счастье-то какое! (сборник) - Алексей Слаповский Русский рассказ](/cover_pre299956.jpg)
А у четвертой женщины очень долго своих детей не было, и тогда она взяла трех детей из детдома. И была очень рада, что сделала их счастливыми.
А у пятой женщины один сын был и умер. И она была рада тому, что он больше не мучается на этом свете, а целыми днями слушает пение ангелов и серафимов.
А у шестой женщины было пять человек детей, и четверо из них погибли во время войны. И она была рада, что хоть один ребенок у нее остался.
А седьмая женщина всю жизнь была мужчиной, а потом собрала денег и сделала себе операцию и была рада тому, что мечта ее жизни сбылась.
Этих семи случаев достаточно, чтобы сделать вывод: женщина рождена не для счастья, а для одной только радости.
У одного мужчины было семеро сыновей, и он горевал, что у него нет ни одной дочки.
А у другого мужчины не было детей совсем. И он горевал, что после него не останется его семени.
А у третьего мужчины было одиннадцать дочерей. И он горевал, что после него не останется его фамилии.
У четвертого мужчины было три сына и девять дочерей. И он горевал, что ему нечем их прокормить.
А у пятого мужчины было двадцать детей от тринадцати женщин. И он горевал, что не знает даже их всех по именам.
У шестого мужчины было три дочери и пять сыновей, но они все боялись зайти к нему на живодерню. И он горевал, что ему некому завещать дело своей жизни.
А седьмой мужчина всю жизнь любил только других мужчин и горевал оттого, что они ему изменяли.
Этих семи случаев вполне достаточно, чтобы заключить: мужчина рожден для счастья, а счастья нет.
Голая правда
Один мужчина всем говорил в лицо одну голую правду. И за это его никто не любил, а многие даже притесняли. Так, например, директор школы при полном одобрении педагогического состава исключил его еще из начальных классов, а родители, едва он достиг шестнадцати лет, выгнали его из дома. В дальнейшем на какую бы никудышную работу он ни устраивался, его на второй, третий или максимум четвертый день увольняли. А когда он устроился подметальщиком аллей в зоопарке, то низшие животные тут же вымерли от полной утраты аппетита, а у высших, наоборот, проснулась страсть к людоедству, и они бросались на прутья своих клеток, только-только этот человек еще приближался к зоопарку.
И лишь одна женщина, хотя он прямо ей сказал при первой же встрече, что у нее кривые ноги, впалая грудь и на редкость невозбуждающая походка, его пожалела и пустила жить к себе в дом. И стала его кормить, поить и рожать от него детей. А он и детям своим, еще с колыбели, говорил прямо в лицо, как они страшно всем обликом походят на свою некрасивую мать, а глупостью на мать своей матери, а необузданностью страстей на его старшего брата, и еще прочие горькие вещи. И все его дети, как только, бывало, научатся ездить