По небу полуночи ангел летел… Рассказы и афоризмы вчерашнего дня. Саша Игин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу По небу полуночи ангел летел… Рассказы и афоризмы вчерашнего дня - Саша Игин страница 2
![По небу полуночи ангел летел… Рассказы и афоризмы вчерашнего дня - Саша Игин По небу полуночи ангел летел… Рассказы и афоризмы вчерашнего дня - Саша Игин](/cover_pre491445.jpg)
Аннушка, оглядываясь, попыталась пуститься в галоп, но в следующую минуту ощутила, как сотканные из кристаллических граней, пальцы юноши, сомкнулись на её шее. Появились небольшие кровоподтеки овальной формы, числом от шести до восьми. На фоне кровоподтека образовались дугообразные ссадины от ногтей.
В глазах потемнело. Дыханье стало реже. И, захрипев, Анна завалилась на пол. Воцарилась звенящая тишина. Притих даже в коридоре любитель выводить рулады, волнистый попугайчик Кеша.
***
В голове у Анны кружилось. В глазах туманилось, словно нёбо залепила плоть. Телесность, превратившаяся в слизь, била в ноздри молоком и потом. Что это: – запах всего человечества?
– Её мозг, взывая к небу, плевался на дыру в человеческой ткани, всю в рубцах и язвах, – получите! В голове, словно в калейдоскопе, кружилось: – ан—гел; гел—ан; де—мон; мон—де.
В секунду сознания увидела, словно наяву: как старец в постели обгадился; старуха—ночь вымарала мочой белоснежную простыню; солнышко радостно взошло, восхищаясь смертью звёзд. Кто—то проблевался кровью, осушив кишечник.
Все шло к самоуничтоженью.
Перед глазами Анны замельтешило прыщавое, гнилозубое существо. По его срамным действиям виделось – существо это мужского рода. По горящему взору, раскосым глазам и недовольным выражением на лице, читалось, – мнит он себя богом. Понять косой он или безглазый было невозможно. Улыбка на лице расплывалась из-за заячьей губы, а когда простынь соскальзывала с тела, бросалось в глаза, что он был без яиц. И, почему—то предлагал всем понюхать его пальчики.
– Ах, белые голуби, – девушка всхлипнула, – как не хватает вас! Паренье! Вдохновение! Полет!! Черновик будней. Бог привязан к пошлости и гадости. Как бубенец. Звенит на всю Москву.
– Анну пробила дрожь: – О, добрый пастырь наш! О, чувство сопричастности Творенью! Хомячку. Чуть ветер и тошно без хомячка. Жизнь и смерть. Оплодотворение и рождение. Комочек слизи в теплом, срамном месте. Тайна наших животворящих соков.
Слова закончились, и всё завертелось, замелькало перед глазами: листки водоросли, холмики дюны, оторванные головы стрекоз, оторванные крылья чаек. И далеко вроде, а страданий так много. Презренные влюбленные, насмешники, несчастные, умирающие от тоски и надежды поближе, а тоска та же.
Ну, вот и долгожданная, томительная бухта. Глухой сон леса. Звезды – расползающиеся как тяжелые комья снега. Леопард прыгает бесшумно сквозь деревья. Всё – берег. Бессмертно зовущее море. Своим вечно открытым и беззубым ртом.
***