Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь. В. Г. Белинский
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь - В. Г. Белинский страница 7
![Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь - В. Г. Белинский Пятидесятилетний дядюшка, или Странная болезнь - В. Г. Белинский](/cover_pre54681.jpg)
ЛИЗАНЬКА. Но пора, наконец, подумать о чем-нибудь сурьезно…
КАТЕНЬКА. А о чем же, например?
ЛИЗАНЬКА. Разумеется, о том, что ближе к тебе… например, хоть о твоих отношениях к Владимиру Дмитриевичу…
КАТЕНЬКА. Да о чем же тут думать?
ЛИЗАНЬКА. Ты… любишь его?..
КАТЕНЬКА. Да кого ж я не люблю? Я всех люблю…
ЛИЗАНЬКА. Ну – ты… влюблена в него?
КАТЕНЬКА. Право, не знаю – потому что не знаю, что такое влюбляться.
ЛИЗАНЬКА. Вышла ли бы ты за него замуж?
КАТЕНЬКА. Почему же и нет, если бы он захотел на мне жениться?
ЛИЗАНЬКА. А если бы не захотел?
КАТЕНЬКА. Тогда бы я вышла за другого.
ЛИЗАНЬКА. За кого же?
КАТЕНЬКА. Кто бы посватался. Разумеется, если человек умный и благородный – за дурака и пошляка я не выйду… Умен, благороден, любезен, да если еще к тому смешон немножко, так что над ним можно будет иногда позабавиться, не оскорбляя ни его, ни себя – право, я не знаю, почему бы не идти за такого?
ЛИЗАНЬКА. А я так, право, не знаю, Катенька, жалеть о тебе или завидовать тебе должно…
КАТЕНЬКА (пожимая ей руку). Ни того, ни другого; милая Лизанька. Каждый чувствует, думает и поступает по-своему, как создал его, как велел ему бог; а бог ко всем справедлив: всякому дал он свою долю горя и свою долю радости…
ЛИЗАНЬКА (грустно улыбаясь). Как, шалунья, так и тебе дал он свою долю горя?
КАТЕНЬКА. А как же? Иногда сгрустнется, иногда как-то нехорошо… на душе тяжело… внутри волнение… на всё досадно… и себе не рада… Впрочем, я счастлива тем, что редко бываю в таком состоянии и скоро выхожу из него…
ЛИЗАНЬКА. Я так напротив: поэтому наши роли не равны…
КАТЕНЬКА. О, нет, милая Лизанька, равны, совершенно равны. Я не умею тебе это растолковать… но я чувствую это, и мне кажется, что наши доли, как и доли всех людей, совершенно равны… Ты больше меня грустишь, тяжелее страдаешь – зато и твои радости сильнее… И потому перестанем рассуждать и сравнивать, а будем лучше стараться – терпеливее сносить горе и беззаботнее предаваться радости, которую посылает нам добрый бог…
ЛИЗАНЬКА. Ах, Катенька, никогда не думала я услышать этого – ты меня радуешь…
КАТЕНЬКА. А как же бы вы думали обо мне, сударыня? Вы всё смотрите на меня, как на болтушку, и не подозреваете, что и я умею не только мечтать, но и философствовать… Впрочем, на меня редко находит охота философствовать… Смеяться, бегать, прыгать, петь – как-то занимательнее… Полно же, глупенькая умница, горевать, развеселись… А мне пора к моему кавалеру, которого я так невежливо прогнала от себя…
ЛИЗАНЬКА. Итак, ты не можешь решительно отвечать мне – любишь его или нет?
КАТЕНЬКА. Любить, как ты понимаешь это слово, то есть как страсть, как счастие или несчастие целой жизни? Нет – я не люблю его…
ЛИЗАНЬКА. А будешь ли так любить