Загадочная аура России. В поисках национальной идеи. Эрнст Мулдашев
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Загадочная аура России. В поисках национальной идеи - Эрнст Мулдашев страница 3
![Загадочная аура России. В поисках национальной идеи - Эрнст Мулдашев Загадочная аура России. В поисках национальной идеи - Эрнст Мулдашев](/cover_pre612419.jpg)
Первый день я подписывал с энтузиазмом. Второй день я с трудом терпел. На третий день этой тупой работы я уже полностью охренел. Я попытался подписывать, выпив сто грамм водки – не помогло. Я попытался подписывать в сильно пьяном состоянии – не помогло. Я пытался подписывать в голодном состоянии – не помогло. Я пытался подписывать, изображая из себя йога, умеющего медитировать – не помогло. Я пытался представить себя рабочим конвейера – не помогло… Тупость, стальным кольцом охватившая голову, давила и давила, наворачивая ком негодования в душе.
Процедура подписания избирательных листов
Моя рука, ставящая подпись
На четвертый день процедуры подписания у меня начало развиваться косоглазие. Но я, будучи глазным врачом, сообразил, что надо то снимать, то надевать очки, чтобы совсем уже не окосеть.
На пятый день я стал здороваться с людьми словами ««г» – отдельно».
На шестой день я заметил, что моя правая рука непроизвольно описывает движения, похожие на те, которые я делаю, ставя свою подпись.
На седьмой день я начал по ночам вскрикивать ««г» – отдельно», пугая кота и жену.
На восьмой день мне стало казаться, что весь видимый мир состоит только из моей подписи, а весь мир звуков – из словосочетания ««г» – отдельно».
На девятый день я повеселел, закоулками души понимая, что я отупел и что мне ничего, кроме моей подписи и слов ««г» – отдельно» уже не нужно.
На десятый день я стал ходить с постоянно приоткрытым ртом.
На одиннадцатый день я ощутил счастье тупости – счастье мыслительной пустоты, когда никакие там мысли тебя не тревожат.
На двенадцатый день, когда все закончилось и меня похвалили за то, что почерковедческая комиссия выявила в моей работе мало брака, я сидел с тупо приоткрытым ртом с представителями республиканского избиркома за бутылкой водки. А они хлопали меня по плечу и говорили что-то типа того, что еще не такое бывало – другие, вон, вообще с ума сходили. Они, эти работники республиканского избиркома, еще и философствовали, отмечая, что это хорошо, что от процедуры подписания тупеет доверенное лицо, хуже было бы, если бы отупел сам кандидат в президенты… как же тогда он страной управлять-то будет?
Вспоминая все это, я продолжал сидеть в кафе международного венского аэропорта с литровой кружкой пива в руке. Я отхлебнул пивка и закурил.
– И в самом деле, – подумал я, – испытание тупостью – тяжелейшее испытание. Человек, по своей природе зарожденный как самопрогрессирующее начало, трудно переносит вынужденное отступление назад – в зону давно уже пройденного примитивного мышления, ведь он, человек, в ходе своих предыдущих жизней потратил столько труда, столько труда, чтобы поумнеть, что отступление в «бывшую» тупость кажется ему очень обидным и вызывает подсознательное негодование. Не хочется тупеть-то! Умнеть