Серп языческой богини. Екатерина Лесина
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Серп языческой богини - Екатерина Лесина страница 20
![Серп языческой богини - Екатерина Лесина Серп языческой богини - Екатерина Лесина Артефакт-детектив](/cover_pre61558.jpg)
Зоя ела. На коленях ее лежал льняной платок. На платке – фарфоровая тарелочка. А в тарелочке – пророщенное пшеничное зерно.
Ноготки цепляли зеленый росточек, тонкий и хрупкий, вытаскивали и отправляли в рот. Зоины зубки перемалывали размякшее зерно, и на губах блестели капельки воды.
– Но моделью быть тяжело. И дядя говорит, что женщине надо дома сидеть, а не… ну он очень тяжелый человек, мой дядя. Такой же бука, как ты.
Саломея хмыкнула.
Мелли. Милое имя для овцы, а Саломее явно не по вкусу. Ну тем хуже для нее.
– Только ты не такой старый. А у тебя машина есть?
– Есть, – сказал Далматов. – И дом. С колоннами и зимним садом.
– Пра-авда?
Зеленый росточек упал на Зоины коленки. Губы ее округлились, и глаза тоже округлились. Ей, наверное, говорили, что это выражение ей к лицу, как и все другие выражения. И что Зоя хорошо играет, лучше всех звезд Голливуда, вместе взятых. Врали.
– А чем ты занима-а-ешься? – Она тянула гласные, превращая слова в сладкие ириски.
– Ювелиркой. В основном.
– Да-а-а?
Толик фыркнул и отвернулся от Зои. Это не ревность, просто он не видел смысла в этом разговоре, да и вообще сердце его было отдано камере.
Ее он увидел в сумрачном зале ломбарда, на высоком столике из черного дерева с инкрустацией. Инкрустация, правда, от времени потрескалась, а столик крепко поели жуки, но какое это имело отношение к камере? Она возлежала на этом деревянном троне, великолепная в каждой детали своей.
Два с половиной килограмма совершенства.
Серый корпус, прочный, эргономичный, устойчивый к царапинам и ударам. Широкоугольный объектив Leica dicomar. Оптический стабилизатор. Камкордер с возможностью подключения как простых, так и профессиональных микрофонов.
Видеокамера Panasonic AG-HMC74 очаровала Толика.
– Сколько? – спросил он и лишь тогда глянул на девицу, стоявшую за плечом.
И она озвучила цену.
Цена показалась Толику запредельной, потому что столько денег у него не было. И даже половины не было… Одолжить? У кого? А отдавать как?
Уйти нельзя остаться.
Камера смотрит на него слепым объективом. Ей страшно в этом месте забытых вещей.
– Она хорошая, – сказала девушка, смахивая с корпуса пыль метелкой из гусиных перьев. – Ее недавно привезли.
Хорошая. Чудесная. Великолепная.
– А… а ее можно отложить? – Толик сглотнул слюну, дав себе слово, что обязательно найдет деньги. Девица дернула плечиком и ответила:
– Наверное.
– А… а если не на день? На неделю? Я залог оставлю.
В кошельке было рублей двести. Смешно,