лавки сильно испортило настроение нашего героя. Цены на оружие и военное снаряжение показались ему запредельно высокими. Оценив свои финансовые возможности, он купил каждому воину по луку с шестьюдесятью стрелами, по боевому топору-чекану, ножу-кинжалу и копью. Из защитного вооружения были приобретены лишь круглые кожаные щиты с металлическими амвонами. Своим сержантам, для солидности, он выдал широкие пояса, украшенные медными бляшками, и только для себя, он, заботясь о своем здоровье, не пожалел полного пластинчатого доспеха с поножами, наручнями и остроконечным шлемом с кольчужным воротником и наносной пластиной. Доспехи были изготовлены из простой черненой стали, без всяких украшений, но, торговец буквально навязал нашему герою прямой меч в украшенных ножнах и кинжал к нему. Пояс с серебряными бляшками сразу выделял нашего вояку среди воинов всего отряда. Но, встречные купцы с первого взгляда определяли, что старшим в караване является именно Бехнам в его скромной, но добротной одежде. Единственно на чем Икам не стал экономить, так это на коне, хотя Бехнам советовал подождать с покупкой коня до прибытия на другой берег Тигра, где цены на коней были ниже. Наш герой купил себе коня, приглянувшейся ему верховой породы, которая так замечательно показала себя во время скачки по пустыни. Теперь караван отряда состоял из людей Бехнама на мулах, конников нашего героя и верблюдов, нагруженных дорожными припасами. Небольшой сплоченный отряд, движущийся по дороге, с максимально возможной скоростью, не вызывал у встречных путников никаких вопросов. Никому и в голову не могло прийти, что отряд состоит из беглых рабов и военных дезертиров.
Глава пятая. Совет у Менгу хана. За три года до этого
1252 год от Рождества Христова
Братья Хубилай и Хуллагу, с поклоном опустились на колени, приветствуя Великого Хана и коснулись лбами кошмы ковра. Получив знак подняться, они подошли ближе и сели на указанные места, у помоста, на котором восседал Великий Каан Йеке Монгол Улус.
По знаку Каана все вышли из юрты. Молчаливые слуги принесли столики с угощениями и сосуды с напитками. Дождавшись, когда все вышли из юрты и оставили братьев одних, Великий Каан поднялся с помоста и подошел к братьям.
Вообще-то, кроме них в юрте было еще четверо гвардейцев-кэшиктэнов из числа дневной стражи – турхагутов. Но их в расчет можно было не принимать. Они были тенью Каана и никогда не оставляли его одного.
При приближении Каана братья поднялись. Великий Менгу хан, поочередно, обнял их обоих и дал знак садиться. Дождавшись, когда старший брат опустился на подушки, братья присели рядом.
Менгу обвел братьев радостной улыбкой.
– Ну что, братья, вы можете убедиться, что все получилось так, как я и обещал. На Курултай прибыли даже многие царевичи Угедеева и Джагатаева домов. Особенно важным был приезд сына Угедэя Кадана – победителя венгров, хорватов и болгар.