Фаина Раневская. Фуфа Великолепная, или С юмором по жизни. Глеб Скороходов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Фаина Раневская. Фуфа Великолепная, или С юмором по жизни - Глеб Скороходов страница 10
![Фаина Раневская. Фуфа Великолепная, или С юмором по жизни - Глеб Скороходов Фаина Раневская. Фуфа Великолепная, или С юмором по жизни - Глеб Скороходов Женщина, покорившая мир](/cover_pre73744.jpg)
– Закрой дверь и никого сюда не пускай! – распорядилась она грозно. Она набирала разные номера, называла кого-то по имени, кого-то по имени-отчеству, ворковала, смеялась, что-то обещала и, наконец, сообщила: – Отдел театров подтвердил: пьеса разрешена только «Моссовету», ему принадлежит право первой постановки.
Результат оказался самым неожиданным. Ю. А. Завадский, узнав, что «Странной миссис Сэвидж» заинтересовался Театр Маяковского, отдал распоряжение немедленно начать репетиции.
– Но Варпаховский занят в Малом, – сказали Юрию Александровичу в репертуарной части.
– Ничего! Пусть репетирует параллельно!
ТАШКЕНТСКИЙ КАРАТАЕВ
Зачем я пишу о некоторых вещах, которые могут показаться незначительными, мелкими – и скорее всего, они таковы на самом деле? Я пишу о Раневской, актрисе и человеке.
Тут без мелочей не обойтись: уж очень они порой красноречивы.
Да и сама Ф. Г. знала цену мелочам.
– Прочли, как Алиса Георгиевна пишет о Станиславском? – спросила она меня, держа в руках очередной номер журнала «Театр» с воспоминаниями Коонен. – Как я люблю Константина Сергеевича, повторять не стану, но вот одна деталь, восхитившая меня. Алиса Георгиевна пишет, как Станиславский увлеченно готовился к выступлению в «капустнике», где собирался изображать дрессировщика лошадей. Подчеркиваю: к выступлению в «капустнике» для своих, а не в спектакле для публики. Он нанял настоящего жокея и обучался у него приемам владения хлыстом. В течение нескольких дней во МХАТе, этом храме искусства, в его фойе раздавалось, как в цирке, хлопанье бича – ученик оказался усердным! Эта мелочь, по-моему, говорит о характере Константина Сергеевича больше, чем страницы пространных рассуждений.
Ф. Г. рассказывала много, и чаше всего она воскрешала страницы прошлого «к случаю», по ассоциации.
Как-то в один из вечеров, когда Наталья Иосифовна Ильина заговорила об Ахматовой, я попросил Ф. Г. рассказать об Анне Андреевне – о той встрече в Ташкенте, далеко не первой, что произошла в годы войны, в эвакуации. Эти воспоминания я уже слыхал раньше, они восхитили меня и врезались в память.
Для Натальи Иосифовны Ф. Г. повторила свой рассказ. И я удивился, как точно она это сделала. Нет, она не воспроизводила заученный текст, она, как всегда, импровизировала. Но в деталях была безошибочна и неизменна.
Анна Ахматова
Выслушав Ф. Г., Ильина хлопнула в ладоши:
– Все! Мы немедленно запишем это! Клянусь вам, я приложу все усилия, чтобы ваш рассказ был опубликован в самом приличном издании! Как коробейник, предлагаю вам любое – выбирайте!
– Ну что вы, что вы! – замялась Ф. Г. смущенно. – Нет, нет, я никогда не сделаю этого. Боюсь, это будет по крайней мере нескромно. Что это я вдруг начинаю рассказывать о себе и Ахматовой? Хвастаюсь этой дружбой?
Все