Армен Джигарханян: То, что отдал – то твое. Святослав Тараховский
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Армен Джигарханян: То, что отдал – то твое - Святослав Тараховский страница 17
![Армен Джигарханян: То, что отдал – то твое - Святослав Тараховский Армен Джигарханян: То, что отдал – то твое - Святослав Тараховский Биография эпохи](/cover_pre814228.jpg)
Худрук был прав: открывать новую пьесу чуть ли не самое интересное театральное занятие. Читаешь первые строки неизвестного автора и всегда ждешь откровения и восторга. Открытия бывают не часто, редко, но иногда бывают, нежданная встреча с талантом всегда приводит в трепет, в желание действовать, играть и ставить – к сцене, к спектаклю, к зрителю, к успеху. К тому, что на время насыщается алчный червь честолюбия. Всеобщий космический червь.
Он прочел первые строки «Фугаса», они показались ему любопытными, потащили за собой. Он увлекся и потащился охотно.
Но самое любопытное произошло с ним через несколько быстрых минут.
В дверь постучали.
Он позволил войти, дверь скрипнула и на пороге заветного кабинета блистательной тенью возникла Вика.
– Здравствуйте, – сказала она. – Я к вам, Армен Борисович. Можно?
Ему давно нравилась эта девушка, он ее двигал, давал роли. Тонкая, стройная, искренняя на сцене, глаза-блюдца, исполненные правдой. И артистка неплохая.
Когда он впервые ее увидел, подумал о том, что формулу Достоевского о том, что красота спасет мир, он бы дополнил и уточнил: не всякая красота спасет мир, но именно эта – женское совершенство.
Когда он впервые ее увидел – ахнул вслух. Невероятно она была похожа на его любимую первую женщину, не на ту, что застряла в Штатах, а на первую и единственную любовь.
Гаяне…
Лицом была похожа, еще больше – улыбкой, манерой, движением; общаясь с Викой, Армен как в счастье переносился в драгоценные, безумные ереванские годы, к горячей Гаяне, лелеявшей ночами у груди юного Армена как любимую куклу. Глупостью был его отъезд на учебу в Москву, непоправимой глупостью было хоть на день расстаться с Гаяне – все это он понял сразу же, как только оторвался самолет от земли, и понеслись под крылом плоские крыши Еревана и заныло поздно услышанное сердце – он вернулся в Ереван через месяц, но Гаяне уже не нашел…
– Откуда ты такая взялась? – спросил он Вику, удивившись тому, как похожа она на Гаяне.
– Всегда была, Армен Борисович. Всегда была в вашем театре. Вы меня не замечали.
С того дня заметил. Полюбил и продвигал.
– Заходи, Романюк. Привет, красивая. Что у тебя?
Вика произвела два заинтересованных шага, улыбнулась направленно на худрука.
– Я слышала… – сказала она и сделала еще полшажка к столу. – Я слышала, у вас появилась интересная пьеса. Армен Борисович, я бы очень, я бы очень хотела в ней играть…
– Откуда ты слышала? – насторожился худрук.
– Юрий Иосифович сообщил…
Ни своему Олежеку утром, ни, понятно, завлиту она не рассказала о том, что собирается сделать. Знала, что пьеса уже у худрука, и мысль посетить самого пришла внезапно, по дороге в театр, времени на обсуждение не было, но было у нее актерское чувство, что идея правильная. «Бей по кольцу, Романюк, бей сама! Инициатива побеждает» – вспомнила