Ты так любишь эти фильмы. Фигль-Мигль
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Ты так любишь эти фильмы - Фигль-Мигль страница 23
![Ты так любишь эти фильмы - Фигль-Мигль Ты так любишь эти фильмы - Фигль-Мигль](/cover_pre91250.jpg)
– Дядя Ваня! Курить будешь?
– А чего ж, – вздыхает дядя Ваня, – можно. И покурить, и закусить…
Хитрый его взгляд хахаль игнорирует, и дядя Ваня, который пустил эти слова так, на дурку – авось прокатит, – не расстраивается. Он берёт сигаретку и сторублёвку, присаживается на крылечке и, выворачивая худую шею, опасливо косится на окна. Если наш хахаль третирует родной народ рукой твёрдой, но дружелюбной, то Принцесса на него просто плюёт. Не снисходит. Может цыкнуть, может сказать: «прочь с дороги». И вот что: народ тотчас видит, что Принцесса его презирает, но не боится – и преисполняется респектом и благоговением. «Истосковались по розгам», – говорит об этом наш хахаль. Он часто говорит злые насмешливые слова, но настоящей злобы в нём нет – да и не сказать, что ему по-настоящему смешно, – поэтому им все недовольны: и Принцесса, и интеллигентные друзья народа с соседней дачи, и сам народ.
Дядя Ваня свою дозу знает точно: полчаса хахаль ему уделит. За это время нужно успеть высказаться о внутренней и международной политике, – где списком, где поимённо. Как хахаль ни пытается свернуть беседу на грибы, сенокос или хотя бы перспективы фермерского движения, дальше Америки, Чубайса и ВВП та не уходит. Это особая народная ирония. По правде, чувствую, дяде Ване и на Америку, и на Чубайса, и на ВВП десять раз тьфу-тьфу, и говорит он о них, чтобы тишком, сумрачно посмеяться над городским хмырём, хахалем «барыньки» – который в сенокосе и фермерском движении понимает ещё меньше, чем деревенские – в делах Чубайса. При этом наш хахаль уверен, что сенокос неизмеримо важнее Чубайса, а дядя Ваня вообще ни одну вещь на свете не считает важной и отсутствие большой веры компенсирует задором. Страшный у народа юмор – прикидываются дураками до того, что сами себя понимать перестают.
– Ну, толстовец? – говорит Принцесса ядовито, когда дядя Ваня убирается восвояси, а мы с хахалем идём в зал с камином. – Набрался ума? Или, может, вошек? Или поди отличи? – С враждебным выражением она следит, как мы устраиваемся поудобнее. – Ну-ка отдай мою собаку!
О, началось. Я перемещаюсь с одних колен на другие. Демонстрация прав собственности играет важную роль во всех культурах и ритуалах – и везде сопряжена с угрозой. «Моё» и «не смей» как-то так здорово увязаны, что уже не отличишь одно от другого, даже в таких смешных ситуациях, как сейчас. Ну кому ты, милая, демонстрируешь? И я, и хахаль – мы оба твоё имущество.
Наш хахаль, судя по выражению лица, решил быть терпеливым и понимающим. Это вообще удивительно, как надолго его хватает.
– А представь, – говорит он, – этот же дядя в альтернативной истории был бы кулаком, крупным латифундистом, видным земским деятелем. А может, он потомок какого-нибудь ссыльного