моей дочери от второго брака – Дарьи и её прабабки Анастасии фон Вессель-Врубель. «Мама, картины зовут играть в прятки. Твой черед, ищи меня. Да нет, на картине ищи – вот она я! Тоже девочка. Простите – бабушка. Права ли я? Это ли моя прабабушка? Девочка – бабушка, ты меня слышишь?» – десятилетняя Дашутка колокольчиком звенит в альпийских лугах Гармиш-Партенкирхена, – своим льняным хохолком являя «пятое колено Врубеля». Смотрел на неё и виделись рублёвские голубонебые васильки средь спелой ржи… И как бы семейство не скромничало, спарка Врубель-Нёмитц «подводит» к германскому корневищу средневековых рыцарей. Ибо родич Врубелей адмирал Александр Васильевич Нёмитц (адмирал А. В. Колчак назвал его своим флотским преемником; и в 1920-е наш родич стал военно-морским министром России) – потомок барона Адольфа-Германа Маршалла фон Биберштейна (Marschall von Biberstein), сменившего в 1890-м самого «железного канцлера» Отто фон Бисмарка на посту статс-секретаря по иностранным делам. Посему в анналах истории читаем у Джайлза Макдоно в книге «Последний кайзер. Вильгельм Неистовый»: «После того как Герберта Бисмарка на Вильгельмштрассе сменил Маршалль фон Биберштейн, сам Вильгельм завел обыкновение наведываться к нему домой без предупреждения – „на тарелку супа“». Так что в русо-льняной нашей девочке сошлись Волконские-Толстые, Врубели, фон Вессели-фон Бибершейны. «В союзе обеих империй, – писал Отто фон Бисмарк графу Петру Шувалову 15 февраля 1877, – заключается такая сила и гарантия безопасности, что меня приводит в раздражение уже сама мысль о том, что он может когда-либо подвергнуться опасности без малейшего на то политического основания… Пока я буду возглавлять наши государственные дела, вам трудно будет избавиться от союза с нами».
Конечно, «у России есть только два союзника – её армия и флот» – крылатое выражение, закрепившееся за российским императором Александром III. Но если «англичанка гадит» России исторически постоянно, то немцы онтологически не русофобы. Более того, «внешне германский и славянский типы представляются родственными. У обоих генотипов, – читаем у немецкого писателя Германа Гессе, – одна и та же склонность к мечтательности и мировой скорби (Weltschmerz)». Ну а поговорка «что русскому хорошо, то немцу смерть» – навет германофобов. Как и обзывание германских рыцарей «псами» (да ещё с поношением «сволочами») – это злобная закладка Карла Маркса в «Хронологических выписках». Геостратегический смысл единит эти нации: обе мировые войны были развязаны закулисой с целью схлестнуть обоих «изгоев» в схватке на взаимоистребление (по аналогии с той каверзой – и нынешние русско-украинский и германо-российский конфликты, со взрывом «Северных потоков»). Уинстон Черчилль прямо указывал на премьер-министра Британии Чемберлена как на виновника Второй мировой войны ещё в 1940-м. Ведь понятие немец славяносодержащее. Средневековье к германцам относило всех, кто не походил