Голубая роза. ТУТУ
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Голубая роза - ТУТУ страница 3
![Голубая роза - ТУТУ Голубая роза - ТУТУ](/cover_pre1333839.jpg)
Или, в конце концов, «наблюдатель» может оказаться писателем, и, параллельно за наблюдением и анкетированием чьей-то жизни, писать роман, то есть быть, мягко выражаясь, несколько не в себе, и, по этой причине, путать сведения, что нужно фиксировать в анкете, с теми данными, что нужно сохранять на страницах своей рукописи, в другом файле…
Это частое явление, на самом деле. Меня, например, прописали однажды по несуществующему адресу, а когда я указала работницам паспортного стола на ошибку, они исправили её, выдав новый паспорт под другой фамилией, с отметкой о вступлении в брак. Я смотрела в глаза этим девушкам – паспортисткам – точно зная, что они меня не видят. Первый раз они ошиблись бог знает по какой причине, а второй раз из страха, что вскроется первая ошибка…
Притом, что паспорт – главная анкета любого землянина, чем как не рукописью писателя в мундире паспортистки можно считать тот мой паспорт? Нет сомнения, стороннего наблюдателя как синоним объективного созерцателя, как созерцателя-зеркала, не существует в природе.
Вот почему, по-моему, история, чья бы то ни было, и любая, даже «объективно-анкетная», рассказанная не субъектом истории, но сторонним наблюдателем сравнима… с пенным гребнем волны, состоящей из неучтённых несчётных, неисчисляемых обстоятельств, штрихов, деталей и факторов.
Пенный гребень, как известно, это воздух, миллиарды пузырьков в тонкой водной оболочке. Пузырёк лопается и остаётся микрочастица воды, которая тут же сливается с неисчисленными, потому неучтёнными обстоятельствами. В то же время, пена создаёт некий образ, несёт определенную информацию, и, как бы ни был мал лопнувший пузырёк, итогом, история приобретает новый оттенок.
Потому, чем больше историй по одной теме мы знаем, тем выше шанс составить сколько-нибудь верное мнение о том, что же на самом деле представляли из себя, в определенный промежуток времени, тот человек, та личность, то событие, на котором мы сосредоточили внимание.
Вместе с тем, даже ознакомившись с миллионом историй по одной единственной теме можно остаться ни с чем, как ни с чем остаётся курильщик, полагающийся на трубку Рене3. Хотя, всякий знает, Всевышний легко может материализовать ту трубку до состояния пригодного для курения, равно как через лопнувший в пене пузырь открыть подлинное знание о том, что было на самом деле и что в последствии получило название «История».
Если история – любая – всего лишь пена, и потому к ней нелишне приступать
3
Речь идёт о картине Рене Магритта «Вероломство образов».