Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня. Регина Мягкова
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова страница 16
![Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова](/cover_pre1349140.jpg)
Я тестирую разные стратегии еще со времен пра-пракассира. Через столько лет? Всегда. Мне 39, я до сих пор пробую разные линии поведения – в разных ситуациях, в разных средах, в разном окружении. Внутри меня живет любознательный дедушка Дроздов – изучает питание, размножение, поведение и способы сваливать от опасности. Успешные берет на заметку, нумерует и раскладывает по полочкам подсознания. Достает и применяет по необходимости.
Дозировка примерная – на глаз. Обычно работает что-то нестандартное, неординарное и неожиданное. Ну, здравствуй, мой любимый внутренний чертик из табакерки – так вот, где и когда ты появился. Я люблю выскакивать на пружине и выдавать что-то необычное. Давеча мне объяснили, что обычно это пугает.
***
Детство. Удивительно, как наша память отбирает, какие именно события оставить в себе на долгую долгость, а какие стереть, забыть и даже подкорректировать.
Прабабушка у себя в землянке варит сгущенку из молока и сахара. Она вносит дымящуюся плошку-тарелку, из которой валит пар и колышется беловатое жидковатое. Говорит: “Сегодня не очень получилось, жидко”.
Мама сидит на соседнем табурете, добавляет: “Все хорошо получилось!” Паттерн “сегодня у меня не очень получилось, а вот обычно\раньше лучше” прабабушка передала бабушке, бабушка маме, мама мне. Вот такие мы матрешки. Я очень не хочу отдавать это своим дочерям, но женское внутри меня в этом сомневается. Похоже это уже произошло.
Плита с газовым баллоном стоит у нее вне дома, в отдельном то ли коридоре то ли предбаннике. Там окрашенный красным пол. Там же вход в "погребку", оттуда она достает баночки с вареньем (особенно вкусное у нее малиновое) и соленья "девчатам". “Погребка” – место с особой доступностью, бабушка мало кому доверяет туда спускаться, делает это исключительно сама. Пока может.
Молоко дымит, очень непривычно на вкус. Оно какое-то вроде бы сгущеное, но не баночное, не такое. Я бегу посмотреть, а как это – сварить сгущенное молоко. В банках же должно быть. На вкус не похоже. Мама обещала, что будет такое же. Разочарование. “Прабабушка же старалась – значит, хорошо”, – витает откуда-то фоном.
***
Дома вытираю пыль. Фоном из другой комнаты мама-радио вещает на высоконравственных частотах о том, как она убиралась регулярно дома у родителей и насколько качественно. Мне полагается идти по чисто вымытым стопам. Аккуратно, детка, не натопчи!
На трельяже (На этом слове мама-радио вдыхает поглубже и… любит рассказывать о том, как все хотели трюмо, а у нас трельяж!. Как его трудно достать, а у нас вот есть! Сейчас я улыбаюсь этому. Маму, думаю, тоже.) стоит гора красивых бутылочек, в том числе пустых.
“Зачем?”, – вопрошаю я. Порой вслух. Бутылочки