Дневник официантки: В поисках дома. Елизавета Малых
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Дневник официантки: В поисках дома - Елизавета Малых страница 1
![Дневник официантки: В поисках дома - Елизавета Малых Дневник официантки: В поисках дома - Елизавета Малых](/cover_pre1349173.jpg)
– Да.
– Не волнуйтесь и продолжайте отвечать на вопросы однозначно. Да или нет.
Его ледяной голос хуже холодных блямб на груди, хуже тугого жгута на руке, хуже присосок на висках.
– Вы недавно переехали в Москву?
– Да.
– Сразу нашли работу?
– Да.
– Попадали ли вы в ситуации, о которых стыдно вспомнить?
– Нет.
– Вы замужем?
– Да.
– Есть ли у вас судимость?
– Нет.
– Мы сейчас в Москве? Вам нравится ваша работа? Вы тяжело просыпаетесь после вечеринок? Считаете ли вы себя профессионалом? Вас зовут Ольга? Вы выпиваете? Выпивали ли на рабочем месте? Вы единственный ребенок в семье? Воровали ли вы на работе? Ваша фамилия Коковихина? Воровали ли вы в данном заведении? Вас устраивают условия работы? Вам двадцать пять лет? Вы часто врете? Есть ли у вас кредит? Если бы у вас была возможность безнаказанно украсть большую сумму денег, вы украли?
За пределами каморки, в которой мы застряли втроем в полумраке, долбит музыка. Я не могу не пританцовывать. Инстинктивно качаюсь в такт веселой музыке. Напротив сидит Почемучка. Между нами провода, в которые меня запутали. Я в коконе.
Да. Да. Нет. Да! Ответы превращаются в музыку.
НачОхр, так мы его прозвали, не любит эту каморку с понатыканными в каждом углу мониторами. Здесь живут его подчиненные, спят и едят, глазеют в экраны, следят за нашими передвижениями, подслушивают, может быть, занимаются непотребными делами, кто их знает. Каморка насквозь пропахла потом, чипсами и дешевым одеколоном. Мы трое зажаты между двумя раскладушками. Одеяла скомканы, подушки валяются как попало, никто не ожидал НачОхра сегодня.
– Вам нравится ваша работа?
– Вы уже задавали этот вопрос.
За мои игры в «да-нет» заплатят Почемучке. Он получит за два часа работы, за два часа препарирования шесть тысяч рублей. Он составит мой психологический портрет, передаст его НачОхру. И мы с НачОхром станем близкими друзьями, если его ублажит мое внутреннее устройство психики.
Я ценный сотрудник, если на меня готовы потратить время и деньги. Я интересный человек, если меня готовы узнать. Я важна.
Нет. Нет. Нет!
Кажется, что я работаю с ценными бумагами и большими деньгами? А я всего лишь ответственная за пустые желудки и трезвые головы. Я – официантка.
– Закончим на этом. Подожди в раздевалке. Выпей кофе за мой счет, – НачОхр выдавил дружелюбие, – расшифровка займет еще два часа. Пока, пожалуйста, старайся не попадаться мне на глаза.
Темные и ароматные каморки кого угодно выведут из равновесия. Наконец-то музыка из бесконечных да-да-нет закончилась.
Меня целыми днями преследуют однообразные звуки. С необыкновенного звона начинается каждый день.
Звон за стеной, звон в моей комнате, звон у соседей. Утро в доме. Время будить мужа, готовить завтрак, гладить рубашки. Время не опаздывать на автобус. На работу, на работу. Время думать о жизни, о пробках, об утренней газете, о новостях, о вирусах и о терактах. Время думать о смерти. Время бояться. Вот-вот сейчас последний звон и точно вставать. Думать о будущем. Завтракать кашей, а не печеньем, потому что потолстеешь. Тогда время думать о красоте, время быть недовольной. Время скрывать недовольство. Время платить за квартиру. Сорок три тысячи улетели. Все рубли улетели какому-то армянину. Сусанян, за что? Время плакать. Время молиться и просить. Сорок три. Сорок три и три нуля. Почему не два? Время ворочаться и ненавидеть. Опаздываю. По потолку бегают маленькие ножки. Это девчушка, соседка сверху. У нее нет звона, нет будильника, она ещё рада, она ещё маленькая. Надо подарить ей будильник. Большой, детский, розовый. Потому что все у нее розовое, пятнистое, цветастое. Потому что так все дети ходят, чтобы не отличить друг от друга. Как большой инкубатор. Звон, звон. Все. Опоздала. Нет, утро в доме прекрасно. Просто дом чужой.
За порогом чужого дома ничего нет. Ничего, кроме работы, где на трясущихся ногах я улыбаюсь четырнадцать часов подряд с пятнадцатиминутным перерывом на обед.
После каморки очень захотелось глотнуть свежего воздуха. Перекур на улице разрешен даже некурящим. Но в пятачке на заднем дворе, между мусорных баков, редко насладишься одиночеством.
Таня, немолодая женщина в засаленном синем фартуке и в резиновых тапочках уборщицы, сначала закурила и только потом, выдохнув на меня облачко дыма, заговорила.
– Оль, –