Царь-сокол Тартарии. Василий Погоня
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Царь-сокол Тартарии - Василий Погоня страница 1
![Царь-сокол Тартарии - Василий Погоня Царь-сокол Тартарии - Василий Погоня](/cover_pre1356512.jpg)
– Сын мой, перенеси своего старика-отца через горы!
Изможденный сын возроптал:
– Я прошел тот же путь, что и Вы, и устал не меньше Вашего, отец!
– Ну что ж, вернемся домой, – сказал Плиний.
И они возвратились.
На следующее утро глава семейства сказал:
– Сегодня я возьму с собой своего среднего сына, и да поможет нам Пресветлый миновать вершины скал.
Зной палил, выжигая все живое и, добравшись до подножия гор, Лермоны валились с ног от усталости. И тут Плиний сказал:
– О, сын мой, перенеси своего родителя на ту сторону гор!
Отрок ответил:
– Я и сам даже во имя Митры не смог бы подняться на этот хребет…
– Вернемся! – Решил мудрец, и они пустились в обратный путь.
В эту ночь, когда Плиний лег спать, мать сказала своему младшему сыну:
– Мальчик мой, завтра утром твой отец возьмет в попутчики тебя. И, как только вы покинете земли замка, начни рассказывать ему быль о Царь-Соколе, какую по вечерам я рассказываю тебе.
Сын пообещал матери последовать ее совету, и сделал по ее слову…
–…И тогда Царь-Сокол Великий сказал, что отправляется в жилище богов, Чертог Отдохновения, чтобы там принимать своих друзей и павших воинов, – закончил мальчик свой рассказ. Плиний осмотрелся и увидел, что снежные вершины далеко позади.
– О, сын мой, – воскликнул он, – ты, верно, унаследовал и мою мудрость, и ум своей матери, раз так ловко перенес нас через эти горы.
И Вас, мой читатель, кому большую часть жизни приходится штурмовать непокорные скалы житейских трудностей, я приглашаю в страну ханов и нищих, пророков и колдунов, гномов и великанов, туда, где в магическом Зерцале Мира Вы, наверняка, увидите и свое лицо. А если я ошибаюсь, пусть лисица позавтракает тем гусем, чьим пером написана эта быль. Только, чур, перескажу я ее, как моей душе угодно!
Легенда Цикады
Два закутанных в плащи всадника неслись по дороге, ведущей в имение Хелиоса.
Это были мужчины, четкость и выверенность их движений говорили о годах, проведенных в сёдлах. Первый, по китайской традиции, носил волосы коротко остриженными, а у второго, по обычаю венедов, на плечи ниспадал каскад длинных светлых волос.
Ночь выдалась тихой и темной, именно такой, какими обычно бывают ночи в странах Юга: звезды умиротворенно мерцали на небе, оставляя землю в непроглядной темноте и дымке речных туманов.
– Цикада, – обратился северянин к попутчику, – сдается мне, что здешняя погода создает особое расположение к любовным приключениям!
– О, да! – Смеясь, ответил тот, – и это особенно верно, когда под покровом темноты покидаешь душный город, чтобы направиться к домику с уютной спальней, в окне которой зажигаются условные огни!
– Цикада! – Пробормотал венед. – Ты самый…
–…Самый здравомыслящий из нас двоих! – Продолжил его собеседник. – Это чересчур отважно, Царь-Сокол, бросаться в объятья жены начальника городской стражи! Дважды нам повезло: однажды ты спрятался за драпировкой, когда Хелиос зашёл к жене, а в другой раз ты провел ночь на крыше…
– Да, и славно выспался под звездным небом! –
–…и ты должен знать, – уверенно продолжил Цикада, – что горяк, который настолько же хитер, насколько ревнив…
– Ха!
–…прикажет растянуть нас на тюремной дыбе, поскольку у него вряд ли хватит решимости биться с Царь-Соколом от Рода Русского! –
– В Пекло страх – повторил венед. – Я – не Царь-Сокол, если побоюсь скрестить мечи с любым из воинов! Ведь даже после смерти я не рискую оказаться в дурном обществе – меня ждет Сварог!
– Не уверен…–усмехнулся Цикада.
– В чем? – сверкнул глазами венед.
– Вспомни, Царь-Сокол, – Вспомни нашу первую встречу! – прошептал Цикада и утопил шпоры в бока своего жеребца…
_______________________________________________
Цикада зацепился стальными когтями наручной кошки за подбой, завис вниз головой над оконным карнизом и заглянул внутрь комнаты. Волхв в ослепительно-белом балахоне налил из кувшинчика мёд, поставил наполненный кубок на стол, достал из складок одежды амулет и повернулся спиной к окну, чтобы рассмотреть камень в свете масляной