Меценат. Марина Бердс
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Меценат - Марина Бердс страница 11
![Меценат - Марина Бердс Меценат - Марина Бердс](/cover_pre1056399.jpg)
– Да никто нас не обслуживал, кроме наших красавиц. И ворота заши-ши-шифрованы. И собак нет. И машины, и байки здесь не проезжали, даже если мы их бы не за-заметили – застряли бы в грязи по самый хвост. Асфальта-то тут до сих пор и нет. А обещали, сволочи. А если обещали, зачем я буду за свои кровные его проложить…
– То есть, Вы хотите сказать, что неожиданно пропавший испарился прямо из ваших тесных дружеских объятий?
– Ну да. Был-был, ел-ел, а потом – трык! – и куда-то побежал. И исчез прямо в п-п-по-оростынях…
– А что Вы имели в виду под словом «трык»?
– Да не знаю. Подумалось, что «трык».
Райкин за рукав потянул Константина в сторонку:
– Костян. что ты к нему привязался? Трык, не трык – видишь, у человека голова болит, ему похмелиться надо. Да и я б не отказался, чтобы сонливость сбросить.
– Видишь ли в чем дело, – затеребил левое ухо Константин (что означало математический анализ свершившихся событий), вот если применить метод свободных ассоциаций (да, Фрейд; но я и у Фрейда кое-что взял для своей рациональной психологии!), то спонтанно выскочившее слово «трык» здесь имеет важное значение! Тебе хорошо знакомо это слово. У нас оно было на слуху, когда мы все работали на Базе вместе с Митрофанычем. Когда он говорил слово «трык»? Во-от: когда рассказывал, как его опять настигла врасплох фобическая диарея. А здесь мы имеем что: Мерзавкин «ел-ел, а потом – трык». Предположим, что у него характерно (от пережора) забурлило в животе. Кретин это услышал, и у него это отложилось в подсознании. И, если действительно у Мерзавкина возникли непреодолимые позывы (а он, судя по интерьерам, эстет), он должен был просто спасаться бегством. чтобы не опозорить себя и не испортить аппетит собравшимся. А так как предбанные туалеты, что как в компасе по четырем сторонам света, оказались по воле случая не слишком далеко от пункта питания или заняты. Значит, он должен для утилизации искать другое и, по-видимому, более отдаленное место. Но поджимает! А значит, медлить нельзя и переодеваться некогда. К тому же, разогревшись после парной, выскочить в простыне на свежий воздух не составляет труда. Скажите, господин Кретинин! Кретинин, Вы где? А, опохмелиться сходили. Ну, это свято. Так вот. Скажите: у Вас на дачном участке есть надворный туалет?
– Обиж-жаешь, командир. – Кретинин уже почти не стоял на ногах. – Ну, конечно! И надворный, и задворный – все есть. Да ты иди сюда! Гля, сколько их здесь. О, было четыре, а стало восемь … Размножаются… Выбирай любой, какой тебе улыбается…
– Кретинин! Мне туалет нужен для другой цели.
– А для какой? Хочешь купить? Так не продается…
– Не хочу. Мне его осмотреть надо.
– И чего ты там хочешь увидеть? Да ладно, ладно, он во-он там. Но я не пойду. Вернее, не дойду. Я пошел баюшки, а вы уж лучше как-то сами. Я вам доверяю, твою мать, – хозяин ударился о дверной косяк и, челночным бегом достигнув софы в одной из комнат отдыха, рухнул поперек софы и отсекся от окружения.
«Надворный»