Жасминовые ночи. Джулия Грегсон
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Жасминовые ночи - Джулия Грегсон страница 19
![Жасминовые ночи - Джулия Грегсон Жасминовые ночи - Джулия Грегсон](/cover_pre123109.jpg)
– Неплохо. Благодарю вас. Следующий, – прозвучал из партера все тот же бесстрастный голос.
– Саба Таркан. Пожалуйте на сцену. Скорее! Поторопитесь!
Доминик, незаметно пробравшийся на верхний ярус театрального зала, встрепенулся, напряг зрение и направил его на певицу. Сестра передала ему слова Сабы, но он оставил их без внимания – ему хотелось еще раз послушать, как она поет. А еще он хотел доказать себе – кому же еще? – что сможет добиться ее, если захочет.
Он попал в театр, сунув полкроны добродушному швейцару, и тот пожал ему руку и сказал: «Мы многим вам обязаны, парни». В бумажнике лежало ее письмо, в котором она написала, что рассчитывает приехать 17 марта на прослушивание в Королевский театр на Друри-Лейн.
Саба прошла между рядами кресел и поднялась на сцену. Со спины она в своем красном платье казалась очень юной и хрупкой, и Дом снова восхитился ее фантастически прекрасной осанкой и гордой поступью. Такая манера держаться сама по себе говорила о многом – мол, поглядите на меня, я достойна вашего внимания.
Он уже слышал ее смех, громкий и заразительный, когда выступал старый комик. Если она и робела перед своим номером, то явно не хотела это показывать.
Его она не видела. Она стояла в неярком круге света, улыбалась темным силуэтам в партере и думала: «Вот он, этот миг». Хмурый аккомпаниатор взял ее ноты. Она прокашлялась, и в этот момент ей почему-то вспомнился Карадок Джонс, ее старый учитель пения. Он дал ей много советов, как раскрыть глотку, как расслабиться и вытянуть высокие ноты. «Я хорошо тебя учу, – говорил он. – Тебе не придется беспокоиться за свою диафрагму и дыхание, все у тебя получится». Но чаще всего, помимо обучения технике пения, он внушал ей, что певица не должна робеть и что храбрость – залог успеха.
Она пришла к нему в тринадцать лет, хорошенькая и робкая, но уже знавшая себе цену – до этого она уже победила на двух конкурсах пения, которые устраивал молодежный клуб в Риверсайде. Тогда она прощебетала «О, крылья голубки», не сомневаясь, что учитель восхитится ею так же, как и остальные.
Но толстый и неопрятный Карадок, в прошлом, до запоев, знаменитый оперный певец, не выразил ни малейшего восторга. Он немного послушал ее и спросил:
– Знаешь, что общего у всех плохих певцов?
Когда она ответила, что не знает, он захлопнул крышку фортепиано и встал.
– Они поют вот так… – Он сдавленно замяукал, словно тонущий котенок. – А я хочу, чтобы ты делала так… – Он оскалил желтые зубы, раскрыл огромный рот, оттянув назад язык, и испустил такой великолепный рев, что забрызгал слюной и Сабу, и свой клетчатый жилет, вечно посыпанный пеплом. – Ради Христа, девочка, наберись храбрости и исправь свою ошибку, черт побери. – Где-то рядом ахнула мать: «Ругаться! При ребенке!» – Иначе ничего хорошего не получится.
…Пианист заиграл первые негромкие аккорды песни «Господь,