Сон разума или иная реальность. О. Странник
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Сон разума или иная реальность - О. Странник страница 15
![Сон разума или иная реальность - О. Странник Сон разума или иная реальность - О. Странник](/cover_pre149913.jpg)
В Упанишадах мировой огонь делится на собственно огонь, один из обликов (наряду с солнцем) огня Гархапатья, и вода, соответственно, Анвахарьяпачана (наряду с луной, звездами и странами света).
Огонь как путь на небо стал ощущаться в позднейшей символике, когда царство мертвых спроецировалось из недр земли на небесные тверди. Даже в Писании огонь утрачивает инфернальность, в Евангелиях – это пример с терновым кустом. Юнг подчеркивал, что «все архетипы имеют как позитивный, благоприятный, вверх указующий аспект, так и указующий вниз, частично негативный и неблагоприятный, хтонический».
У каждого желания свое весло. Дисциплина желаний – это принцип галеры. Но есть течение воды и попутный ветер – Намерение. Именно оно действительно дает ключ к стране снов и возможностей. Намерение – это направление движения. Намерение – внутри, желания – вокруг. Вы можете ходить, двигать руками именно потому, что телом правит намерение. Когда гипнотизер уверяет вас, что вы не можете пошевелить рукой – он адресуется к вашим желаниям. Напротив, осознанность привычных движений – тренинг намерений.
Исторически понятны и очевидны значения, связанные с зависимостью жизни от воды. Рекам и источникам поклонялись на заре времен везде, независимо от климатических условий. Очищающая сила воды носит более магический, нежели бытовой характер и вряд ли первый произволен от последнего. Кочевые племена – тюрки, монголы, бедуины и другие считали использование воды для физического очищения недопустимым кощунством; её гигиеническим заменителем служил песок, но отношение к воде, как к сакральной целительно-очищающей субстанции, было и у них.
Ритуальное омовение у самых разных народов, например, у японцев и евреев, совершается исключительно после «физического» отмывания, дабы не осквернить воду еще и обычной грязью. Это никак не связано с поклонением дефициту, так как ни японцы, ни, скажем, строившие в своих городах водопроводы и бассейны много тысячелетий назад жители Хараппы и Мохенджо-Даро, ни кельты, через жилые дома которых протекали ручьи, никак не могут быть причислены к обитателям засушливых пустынь.
Что вообще ассоциируется с водой? Под поверхностью – невидимая глубина, недоступный мир. Граница между мирами – поверхность воды.
Она может быть очень подвижна, но цель ее движения – покой. Она может звучать, но в то же время она – мир молчания, немоты. Она – источник живого и она – опасна. Она также смывает, уносит, размывает, растворяет, то есть лишает формы. Как и всякая жидкость, она сама есть субстанция без формы, нечто вещественное, но бесформенное. Что еще может более точно выглядеть образом иррационального? Древние мыслили иной мир прежде всего как мир подземный. Земная поверхность – стена жизни, за ней – глубина смерти, тьма. Водная поверхность – граница жизни понятной, оформленной, и глубина под ней – глубина в нас живых.