Ворон. Волки Одина. Джайлс Кристиан
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Ворон. Волки Одина - Джайлс Кристиан страница 26
![Ворон. Волки Одина - Джайлс Кристиан Ворон. Волки Одина - Джайлс Кристиан Ворон](/cover_pre162065.jpg)
– Да перестань ты уже думать о ней, юноша, – сказал Улаф.
Мы с Пендой рыбачили, сидя на корме, но я почти не следил за удилищем. Солнце скользнуло за горы, а мы и двух слов друг другу не сказали.
– Я думаю не о Кинетрит, Дядя, – ответил я, не кривя душой.
Кинетрит была где-то на носу корабля; может, Асгот снова учил ее норвежскому.
– Смерть Халльдора из головы не идет, – признался я.
Улаф возвел глаза к небу. Мы набрали три мешка волоса с коней синелицых, и Улаф готовил новую конопать.
– И о нем перестань думать. Ничего хорошего из этого не выйдет.
– Просто я никогда прежде не видел такой смерти.
Улаф нахмурился.
– Халльдор умер как воин, – наконец произнес он. – От славного меча и с оружием в руке.
Мне вспомнилась огромная безобразная голова Халльдора.
– К тому времени он уже был покойником, – покачал я головой. – Никогда раньше такой вони не нюхал… Он же сгнил заживо. Один Тюр ведает, как он терпел такую боль.
– У меня клюет, – встрепенулся Пенда, поднимая уду. Потом выругался, глядя на черную воду. – Сорвалась, гадина.
Мы с Улафом не обратили на него внимания.
– Сигурд правильно поступил, – сказал Улаф. – Сделал то, что должен был. Халльдор и сам бы ему спасибо сказал.
Я покачал головой.
– Флоки все никак не угомонится. Обида точит его душу, словно червь.
Улаф усмехнулся.
– Флоки нужно смириться. И тоже быть благодарным Сигурду. Но ты ведь знаешь Флоки. Он родился твердолобым.
– Почему Сигурд сам его убил, Дядя? Ведь Халльдор просил об этом Флоки.
Улаф огляделся, нет ли кого рядом.
– Все из-за Сигурдова сына, – произнес он.
– Который мальчишкой умер оттого, что лошадь лягнула в голову? – спросил я, не понимая, к чему он клонит.
– Верно. Только бедный свиненыш не сразу умер. – Улаф наклонил лохматую голову набок, словно раздумывая, продолжать рассказ или нет. – В себя так и не пришел, лежал почти бездыханный, камни и то живее будут.
Пенда хотел что-то сказать, но, увидев лицо Улафа, снова отвернулся, бормоча, что мы своими языческими словами рыб пугаем.
– Так он протянул две недели, может, три. Бедняга. – Улаф смахнул слезу, и я на мгновение отвернулся.
– Медленная смерть?
Улаф покачал головой.
– Как-то ночью Сигурд унес мальчика на пастбище, оставив Гудрид рыдать у двери, и закончил его страдания. Свое же чадо.
Мы посмотрели друг на друга. В глазах у меня льдинками застыли слезы.
– У него не было выбора, юноша. Мальчику уже было не помочь.
Я стиснул зубы.
– Суки эти норны.
– Не поспоришь, –