Алмазная колесница. Борис Акунин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Алмазная колесница - Борис Акунин страница 27
![Алмазная колесница - Борис Акунин Алмазная колесница - Борис Акунин Приключения Эраста Фандорина](/cover_pre22.jpg)
– Работать, работать, – зашелся Мыльников деревянным смехом, но искорки в глазах не погасли.
Между тем эксперты закончили осмотр места катастрофы и представили заключение, полностью подтвердившее фандоринскую версию.
Взрыв умеренной силы, вызвавший обрушение, был произведен зарядом мелинита массой 12–14 фунтов, то есть по мощи примерно соответствовал шестидюймовому артиллерийскому снаряду. Любой другой мост на Николаевской дороге, скорее всего, выдержал бы сотрясение такой силы, но только не ветхий Тезоименитский, да еще во время прохождения тяжелого состава. Диверсанты выбрали место и момент со знанием дела.
Разъяснилась и загадка, как злоумышленникам удалось разместить мину на тщательно охраняемом объекте и взорвать ее прямо под колесами военного эшелона. Эксперты обнаружили в точке разлома кожаные лоскутки непонятного происхождения и микроскопические частицы плотного лабораторного стекла. Поломав голову, дали заключение: кожаный продолговатый футляр цилиндрической формы и узкая стеклянная трубка спиралевидной формы.
Этого Эрасту Петровичу было достаточно, чтобы восстановить картину произошедшего.
Мелинитовый снаряд был помещен в кожаный корпус – что-нибудь вроде чехла для кларнета либо иного узкого духового инструмента. Оболочки не было вовсе – она лишь утяжелила бы мину и ослабила ударную силу. Взрыватель использован химический, с замедлителем – инженер читал о таких. Стеклянная трубочка, в которой находится гремучая ртуть, прокалывается иглой, однако ртуть вытекает не моментально, а полминуты или минуту, в зависимости от длины и конфигурации трубки.
Сомнений не оставалось: бомба была сброшена с курьерского, который шел непосредственно перед эшелоном.
Ситуация, при которой два поезда оказались в опасной близости друг от друга, была подстроена искусственно – при помощи фальшивой депеши, переданной колпинским телеграфистом (который, разумеется, исчез бесследно).
Некоторое время Фандорин ломал голову над тем, как именно была сброшена мина. Через окно купе? Вряд ли – слишком велик риск, что футляр, ударившись о настил моста, отлетит в реку. Потом догадался – через сливное отверстие в уборной. Затем и узкий чехол.
Эх, если б свидетельница не сунулась со своим подозрительным брюнетом! Действовать бы, как собирался вначале: переписать пассажиров, да допросить. Даже если б пришлось всех отпустить, теперь можно было бы опросить их заново – наверняка вспомнили бы путешествующего музыканта, и очень вероятно, что он был не один, а в компании…
Когда тайна катастрофы была разгадана, Эрасту Петровичу стало не до уязвленного самолюбия, явилась забота поосновательней.
Вся работа инженера в железнодорожной жандармерии (или, как ее обозвал Мыльников, «железномерии»), длившаяся уже целый год, была направлена на одно: защитить самый уязвимый